Тайны хазар и русичей. Сенсации, факты, открытия
- Автор: Чернявский Станислав Николаевич
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: Вече
- ISBN: 978-5-4484-8382-0
- Жанр: Исторические приключения
Электронная книга - «Тайны хазар и русичей. Сенсации, факты, открытия». Краткое содержание книги:
Молодому князю (Святославу исполнилось к тому времени двадцать семь лет) отправили из Киева возмущенный запрос: «Ты, князь, ищешь чужой земли и о ней заботишься, а свою покинул, а нас чуть было не взяли печенеги, и мать твою, и детей твоих. Если не придешь и не защитишь нас, то возьмут-таки нас. Неужели не жаль тебе своей отчины, старой матери, детей своих?» Святослав с дружиною «быстро сел на коней и вернулся в Киев». Он совершил рейд на печенегов, и «бысть мир».
К тому времени Ольга разболелась. Это была далеко не старая женщина – ей исполнилось не более сорока четырех лет, а может, и меньше. Однако она прожила трудную жизнь. Болезнь стала смертельной. Княгиня умерла как христианка, завещав, чтобы на могиле не устраивали тризну. Судя по данным летописи, Ольга была недовольна захватнической политикой Святослава и выступала за то, чтобы продолжить расширение земель за счет ближайших славян, а не искать дальних владений. И была права. Независимость сохраняли: вождество северян со столицей в Сновске, радимичи, вятичи, полочане и, возможно, дреговичи или какая-то их часть. Вместо того чтобы округлить владения за их счет, Святослав опять кинулся в дунайскую авантюру.
Предварительно он рассадил сыновей в покоренных вождествах. Киев достался старшему сыну Ярополку Святославичу – любимцу Ольги и христианину. Олег Святославич возглавил древлян, чей князь Мал давно погиб. Наконец, община словен тоже претендовала на известную автономию и потребовала отдельного князя, коим стал Владимир Святославич. Все трое князей были еще детьми, при них правили советы бояр. Например, при Владимире главенствовал его дядя с материнской стороны – знаменитый герой былин Добрыня Никитич. При Олеге правил Лют Свенельдич (возможно, одно лицо с Мстишей). При Ярополке – боярин Блуд; похоже, скандинав или рус. Но нельзя сказать, что славяне захватили власть на Днепре, а русов отправили «за море». Гражданскую власть оба этноса делили между собой, а в армии русы занимали командные должности, что видно по именам главных воевод Святослава, сражавшихся на Балканах: это Икмор и Сфенкел (последний, похоже, – не кто иной, как Свенельд, только имя дано в византийской транскрипции). Так или иначе, на Руси начались процессы этногенеза, и два этноса сливались в один.
За то время, пока Святослав находился в Киеве, его враги на Балканах успели собраться с силами.
В Византии многое изменилось. Никифора Фоку убили заговорщики, которые возвели на престол армянина Иоанна Куркуа по прозвищу Цимисхий («туфелька»; этот человек был красив, но отличался маленьким ростом и носил маленькую обувь, отчего родилось прозвище). Это был блестящий полководец и дипломат, но, в отличие от Фоки, еще и обаятельный человек. Он вошел в историю как император Иоанн I Цимисхий (969–976). Переворот резко снизил шансы Святослава и Калокира на победу, потому что Цимисхий был популярен. Общее соотношение сил тоже складывалось не в пользу русов. Население Византии приближалось к двадцати миллионам, а население земель, подвластных Святославу, насчитывало от силы три.
О ходе боевых действий мы знаем из сообщений византийцев – прежде всего Льва Диакона и Скилицы.
Святослав попытался наступать на Царьград, но под Аркадиополем отряд венгров и союзных ему прорусски настроенных болгар потерпел поражение от византийцев. Это не остановило князя. «Сфендослав очень гордился своими победами над мисянами (болгарами); он уже прочно овладел их страной и весь проникся варварской наглостью и спесью» (Лев Диакон. История. Кн. шестая. С. 10).
Мы вправе ждать подробного описания сражений от русского летописца, но такого описания нет. В летописи излагаются баснословные сказания о храбрости и суровости Святослава. Тут и знаменитое «мертвые сраму не имут», когда 20 тысяч русов столкнулись со стотысячной (?) армией византийцев, а Святослав пошел в отчаянную атаку. И эпизод с византийскими подарками, когда князь отвечал брезгливым «спрячьте» на демонстрацию сокровищ, но с жадным интересом принял в дар оружие. Явная аллюзия на известный миф об Ахиллесе, которого тоже искушали оружием. То, что у ромеев отродясь не бывало 100 тысяч войска на поле боя, читателей не смущало. Интересовала не статистика, а эмоции, которые будили гордость и служили примером для молодежи. Так рождались общие мифы для славян и русов, послужившие фундаментом отечественной истории.