Электронная книга - «Чужая — я». Краткое содержание книги:
И как будто стала совершенно другим человеком. Во всяком случае, чем больше я узнаю о девушке, которой являлась, тем меньше у нас общего с этой лгуньей. Куда и почему она переехала из общежития? Зачем врала об этом родителям? Чье баснословно дорогое кольцо носила в своем рюкзаке? И почему в ночь падения ее вроде как видели в машине одного из близнецов Фейрстах, при том, что оба упорно отрицают этот факт?
Мне нужно найти ответы на все эти вопросы. Наверняка известно лишь одно: я бы никогда не прыгнула с крыши сама!
ХЭ обязателен
Таким образом однажды за ужином Бас появился в нашем доме и больше не исчезал. Я прекрасно помню этот день. Я сразу почувствовал, что он другой. Но страшнее то, что он тоже меня почувствовал. Я каждой клеточкой тела ощущал его тяжелый, проникающий под кожу взгляд. — Я вздрагиваю, потому что чувствовала абсолютно то же самое. Неужели… неужели это натура жертвы так отвечает на флюиды агрессора? Мне хочется обернуться к Норту, хочется спросить, чувствовал ли он что-то подобное, ведь если кто и не ассоциируется у меня с виктимностью, то именно он. Но сейчас это неуместно. Сейчас соло Стефана. Максимальная откровенность о самом большом страхе его жизни, которую нельзя спугнуть. — С приобретением Баса отец как будто стал поддаваться его безумию. Если до этого дня Говард Фейрстах держал в руках и тайне свои темные порывы, то потом проникся идеей безнаказанности и перестал бояться чего бы то ни было. Он начал торговать наркотиками, брать взятки, контролировать полицию…
Однажды я собственными глазами видел, как он расплачивался со своими кредиторами Сейди. Они сидели и смотрели, как Бас наяривает ее прямо у бильярдного стола сзади. Как она кричала. На следующий день я подарил Сейди кругосветный тур на два места, чтобы взяла кого-нибудь из подруг в компанию. Пока я вез ее в аэропорт, она не проронила ни слова. Конечно, за это меня избили. Но черта с два я об этом жалею.
Он впивается злым взглядом в Норта, как будто говоря: ты же тоже все это видел, во всем этом участвовал. Как мог ничего не предпринять? И впервые мне хочется отодвинуться от любимого человека подальше. Будто почуяв мой порыв, Норт сильнее сжимает пальцы на моем бедре, и мне остается только опустить глаза.
— Что еще сказать тебе, Шалтай, чтобы помочь? Я не знаю слабостей Баса, кроме его жестокости. Твои невинные друзья не представляют, с чем готовятся столкнуться. Законно Баса не победить — не надейся. Даже если нам каким-то чудом удастся его поймать и обезвредить, отец его вытащит. Я бы не пожалел, если бы сел за убийство. Потому что, может, это единственный способ избавить мир от них с отцом. И единственный шанс избавиться от них — для меня тоже. Если бы не предвыборная кампания… — Кадык на шее Стефа дергается, когда он проглатывает следующие слова, не выпуская их в мир. — Норт сказал, что он вошел в квартиру, где ты живешь, под видом лейтенанта. Видимо, ты каждый раз была там не одна, когда он приходил, не так ли? Иначе ты бы едва ли стояла здесь сейчас. — Он с некоторой болезненностью во взгляде смотрит на меня, закусив губу. Будто ему больно думать о том, что могло со мной случиться. Случиться — потому что он пытался скрывать правду слишком долго. — Мы не можем сегодня облажаться, — наконец, выдает он хрипло.
С этими словами он подходит ко мне и протягивает герметичный мешочек с какой-то белой пылью.
— Вдохнешь — заснешь вместе со всеми, кто будет в комнате, — сообщает он буднично.
Обрывки откровений Стефана кружатся в моей голове, цепляясь за уже известные факты и составляясь в цельные картинки.
Я пыталась вспомнить, но памяти оказалось недостаточно: чтобы приблизиться к правде, мне пришлось увязнуть в долбанутой семейке Фейрстах и признать, что Норт неспроста советовал держаться от них подальше.
Глава 20
Я появляюсь в кампусе за пятнадцать минут до начала представления. Одна. Норт и Стефан заняты своим, а к Надин и Джейдену я не хочу привлекать лишнее внимание. Кажется злой насмешкой, что мне приходится обыденно оставить вещи в гардеробе и смешаться с толпой, дожидаясь начала представления. Потому что никаких указаний нет.
На меня снова смотрят. И вовсе не потому, что я прекрасно выгляжу (более того, я уверена, что это не так). Все дело в моей печальной известности и том, что никто, кроме Баса, меня бы не пригласил. Я стараюсь не отвечать на взгляды, удостаиваю кивка только декана — для местного ужатника она женщина на удивление непредвзятая. Есть в жизни моменты, когда это очень ценится.