Изменники Рима [ЛП][Traitors of Rome]

К тому времени, когда солнце поднялось над холмами на востоке и залило пейзаж по обе стороны реки красным светом, палуба была очищена от крови, и Аполлоний искал что-нибудь поесть и выпить. На палубе под рулевым постом капитана был шкафчик, и Катон отошел в сторону, чтобы агент мог его обыскать. Он наклонился и достал два маленьких кувшина с вином. Один был пуст, поэтому он выбросил его за борт. Второй был наполовину заполнен; он вынул пробку, понюхал, поморщился и отправил туда же, куда и первый.

- Значит, будет вода, - пробормотал он, продолжая поиски. Мгновение спустя он обнаружил большую колбасу, завернутую в тонкую ткань, и небольшой сундучок. - Ага!

Он открыл сундук и поднял его, чтобы Катон увидел. Внутри было небольшое состояние в серебряных монетах.

- Более чем достаточно для наших нужд, - кивнул Катон. - Интересно, сколько из этих денег Демокл собирался потратить на пару хромых кляч для нас.

Аполлоний закрыл сундук и положил его обратно в шкафчик. Он развернул колбасу и собирался разрезать на несколько толстых ломтиков, когда заметил, что по лезвию все еще стекает кровь мальчика. Из уважения к чувствительности своего спутника он перегнулся через борт, чтобы смыть кровь, прежде чем продолжить. Мгновение спустя двое мужчин удовлетворенно жевали куски мяса, жира и хрящей, пока баржа продолжала двигаться вверх по реке, а Катон положил свою свободную руку на румпель.

Со своего места на откосе высоко над рекой город-крепость Дура-Европос открывал прекрасные виды. Катон и Аполлоний смотрели на окружающий пейзаж, ненадолго отдохнув после отплытия с пристани далеко внизу по течению. Они пришвартовали баржу в дальнем конце и заплатили местному парню, чтобы тот заботился о ней до их возвращения, чтобы она не выглядела заброшенной, пока они не окажутся далеко от города. Они вытащили из сундука на барже два плаща и запасные туники, а монеты, которые Катон разделил между ними, надежно засунули в нижнюю часть боковых сумок, которые они несли. Со своей изношенной одеждой и неопрятными бородами они не привлекали внимания среди множества людей, проходящих через город. Они заплатили за проход у ворот и прошли через сторожку на узкую улицу за ней.

Город был обязан своим происхождением военным целям, и, поскольку первоначальные постройки определяли планировку, то, что теперь было процветающим рынком, когда-то было главным плацем крепости. Он занимал открытую площадь, ограниченную конюшнями крепости, которые теперь использовались в качестве складов купцами, торговавшими товарами из самых дальних уголков Ойкумены и вне его пределов. Люди многих рас заполняли узкие переулки между рыночными прилавками, одетые в убранства всех оттенков и стилей, и хотя большинство из них говорило на греческом или местном диалекте, было несколько языков, которые были совершенно неизвестны Катону.

Два римлянина закупились достаточным провиантом и запасными бурдюками для путешествия, прежде чем выйти из западных ворот города, которые выходили на плато, где стоял зверобойный рынок. С одной стороны арены, используемой для аукционов, были загоны для коз и свиней, ряды мулов и загоны для верблюдов и лошадей. Катон и Аполлоний подошли к одному из более мелких торговцев и осмотрели его лошадей. Пальмира находилась более чем в ста шестидесяти километрах по пустыне, и для путешествия по торговому пути, соединяющему два города, необходимо было выбрать надежных лошадей. Выбрали три, на случай, если одна захромает, и два седла. Затем, предоставив Аполлонию согласовывать цену, Катон пошел к ближайшему торговцу кормами, чтобы купить мешки с зерном.