Френдзона

Его кожа под пластырем немного покраснела и отекла, но не это бросается мне в глаза. На четырех его пальцах я вижу тату в виде цифр.

- Один-один-восемь-четыре, - читаю я вслух.

- Ага. - Грей снимает оставшийся пластырь. А затем вытягивает руку перед нами, его пальцы растопырены, и выставлены на обозрение еще четыре цифры - один-два-один-ноль. Секундой спустя он опускает ладонь обратно на мою ногу. - Я хотел еще одну татуировку. Как вариант, размышлял о нанесении пары дружественных чисел. Но после событий в Новом Орлеане, я наконец-то знал, что это будет.

- Я даже не в курсе, что такое дружественные числа, - отвечаю я.

- Ну вот как эти. Сумма всех собственных делителей 1184 равна 1210 и наоборот. Это словно одно число близкий друг второго. - Его голубые глаза глядят на меня. - Как ты и я.

Я начинаю улыбаться, а затем сажусь ровнее.

- Постой, хочешь сказать, это тату о нас с тобой?

- Конечно. Ты вероятно не помнишь, но мой номер в отеле в Новом Орлеане был 1184. А твой - 1210.

Потрясение и удивление накрывают меня.

- Твоя тату об этом.

- Ага, - говорит он тихо, потому что четко понимает, что у меня на уме были другие мысли. - Но я не поэтому сделал эти тату. Это просто образ. - Большой палец Грея поглаживает костяшки моих пальцев.

Тепло приливает к груди.

- Грей. Это... - Я наклоняюсь и целую его мягкие губы. - Идеально.

Его пальцы едва касаются моей щеки, когда он целует меня в ответ.

- Дело в том, что для меня, Айви, это абсолютная истина. Сумма моего существования равна тебе.

И вдруг я хочу тоже вытатуировать эти цифры на своей коже. Мое зрение затуманивается, когда крепче обнимаю его и накрываю уста своими, шепча его имя напротив его губ.

Любовь. Я была окружена ею всю свою жизнь. Я знаю, что мне повезло с этим. И тем не менее это была любовь не того рода, ее скорее можно назвать любовью внутри семьи. Но то, что я чувствую к Грею? Это не семейная дружеская любовь. Это настолько интенсивное и огромное чувство, что временами я опасаюсь, будто моя душа может не выдержать это.

Я углубляю поцелуй, обвивая руками его шею и притягивая ближе. Каждый раз, когда целую Грея, хочу большего. Хочу прижать его к себе и не отпускать. Держать в безопасности. Защитить. Сделать частью самой себя.

Грей накрывает ладонями мои щеки, его руки скользят по моему подбородку, пальцы поглаживают голову. Рядом с его огромными размерами, я чувствую себя такой маленькой и хрупкой, а от его слов и поведения внутри меня неведомо откуда появляются сила и ощущение непобедимости, даже несмотря на то, что мое сердце все еще разбито надвое от потери.

Он целует меня в ответ. Не неистово, а медленно, уверенно и трепетно. Словно у нас есть все время мира, чтобы исследовать друг друга. Словно он может жить вот так вечно, обнимая меня и пробуя вкус моих губ.

- Я люблю тебя, - говорю я напротив его рта. Потому что ему следует это слышать. Каждый день.

Грей фыркает, прокладывая дорожку из поцелуев к моей щеке. Он прикасается губами к моим закрытым векам. Легонечко. Осторожно.

- Я люблю тебя больше, Мак.

- Это невозможно. - Я отодвигаюсь, чтобы взглянуть на него. Глаза Грея немного покраснели и отекли. Он давно не спал нормально, а все его внимание сосредоточено на мне. Я думаю о том, когда он плакал из-за меня, пытаясь скрыть сей факт, прижимаясь лицом к моим волосам. Я замечала это, но была слишком душевно разбита, чтобы хоть что-то с этим поделать.

Нежность заполняет пустоту в моей груди, когда провожу пальцами по его золотистой брови.

- Эй, - шепчу я. - С нами все будет в порядке.

Потому что теперь я знаю это. Правда в том, что я знала это в ту секунду, как он вошел в гостиничный номер после случившегося выкидыша, все его внимание было приковано ко мне. В тот миг я ощутила его присутствие словно недостающий кусочек себя самой - тот, наличие которого я никогда не осознавала до этого. И были неважны ни боль, ни потеря, что я ощущала, Грей сделал все это терпимым.

Его веки прикрываются в ответ на мое прикосновение.

- Конечно, с нами все будет в порядке.

В его голосе нет ни тени сомнения.

Я нежно целую его. Любя его губы и рот. Любя то, какие ощущения это дарит мне.

И Грей вздыхает. Он расслабляется и держит меня в объятиях настолько твердо, что кажется, никогда не отпустит.

Любовь. Эта дикая штука струится по моим венам, вынуждая сердце биться быстрее. В свои двадцать два года с каждым новым ударом сердца я знаю, что люблю этого мужчину. Он - моя скала. Мой любовник. Лучший друг.