В каменной долине
- Автор: Галшоян Мушег Овсепович
- Год: 1977
- Язык: русский
- Год: «Известия»
- Переводчик: Алла Константиновна Тер-Акопян
- Жанр: Советская классическая проза
Электронная книга - «В каменной долине». Краткое содержание книги:
Но даже по этим двум произведениям можно судить о писателе, воспевающем родную землю, мужественную душу и трудолюбивые руки своего народа.
Родился Мушег Галшоян в 1935 году в одном из самых суровых, каменистых районов Армении — Талинском.
И отец и мать писателя пережили весь ужас кровавых событий 1915 — 1918 годов. В истории Армении было немало трагических периодов. Над страной заносили свой меч многие завоеватели: еще в 4 веке н. э. Иран и Византия, поделив территорию Армении, стремились уничтожить ее самостоятельность. С середины 14 века более 165 лет армянскому народу приходится вести постоянную кровопролитную борьбу с грабителями и насильниками. Орды Тимура предавали страну огню и мечу. В 16 — 18 веках Турция и Персия, стремясь утвердиться здесь, сделали Армению ареной военных действий, сопровождая их массовой резней мирного населения. Обезлюдели целые области. В 17 веке Персия завладела Восточной (после 2-й русско-японской войны в 1826 — 1828 годах присоединена к России), а Турция — Западной Арменией.
В конце 19 века турецкая армия и полиция организует массовое истребление мирного населения Западной Армении — без различия пола и возраста.
Неисчислимые бедствия принесла армянскому народу первая мировая война. В течение 1915 — 1916 годов турецкое правительство осуществило почти поголовное уничтожение коренного населения Западной Армении. Около 1 млн. жителей было вырезано, примерно столько же выселено на гибель в аравийские пустыни, чудом уцелевшие люди ушли в другие страны; группы беженцев появлялись в самых труднодоступных для жизни местах.
До 1920 года, когда в Восточной Армении была свергнута власть дашнаков, не раз продававших и предававших свой народ, треть населения была физически уничтожена.
И в этих условиях складывался национальный характер народа, сумевшего сохранить в душе любовь к жизни, к родной земле, неиссякаемое трудолюбие и упорство.
Такой характер мы находим в повести Мушега Галшояна «Дзори Миро» (на армянском языке вошла в сборник «Крунк» — «Журавль»). Как светло и ясно звучат воспоминания Миро о детстве, о юности в родном селе! Эти идиллические картины прерывает кровавое нашествие орд погромщиков. Но даже гибель у него на глазах всех близких, издевательства врагов не могут убить в Миро живую душу. Галшоян не идеализирует героя, не скрывает его человеческих слабостей. Но трижды лишаясь семьи, очага, он не становится человеконенавистником, из пепла возрождая свой корень, свой род, продолжая извечное для армянского крестьянина: «из камня делать землю».
Повесть «Путники» (на армянском языке) дополняет «Дзори Миро». Это сборник новелл о людях одной деревни, спасшихся от резни. В новеллах нет однозначных выводов, ибо нет их в жизни, объединяют новеллы общность судеб людских и позиция автора.
Мушег Галшоян — старший сын в семье — окончил Ереванский сельскохозяйственный институт и несколько лет работал агрономом в совхозе «Артени» недалеко от своих родных мест. И во всех произведениях писателя заметна слитность с родной землей, с нелегкой судьбой крестьянина.
«Цветущие камни» (на армянском языке) — сборник очерков о тружениках села. «...Человек, со всеми его радостями и болью, и земля, родившая его земля, на которой он творит и которую он хочет видеть счастливой — вот то главное, что должно быть предметом самого пристального писательского внимания», — считает Галшоян. Через деревню, через крестьянские будни и труд стремится он осмыслить важнейшие проблемы современного человека.
В романе «Горнило» описание трудовых процессов, размышления, речь помогают исследовать психологию героев. Перед нами крестьяне одной бригады. Съехавшиеся к пустынному Бовтуну из разных районов Армении, каждый со своим характером, привычками и обычаями, а нередко и наречием — они объединены любовью к нелегкому крестьянскому труду. То, что люди вырваны из привычных условий, резче проявляет основное в их характерах. Каждый из крестьян словно олицетворяет какую-то одну идею — Сантро с его тоской по оставленному за горами, за Араксом зеленому Ачмануку; «шалопай» Артуш, которого, словно ветром перекати-поле, носит по свету; богатырь Баграт и молчун Нерсо; и, наконец, молодой колхозник Арма, местный философ, от лица которого часто ведется повествование, который вместе с автором оценивает поступки и поведение героев романа, размышляет о человеке, о его месте в мире и о его обязанностях.
И эти люди побеждают пустыню, а заодно и то темное, что хоронится в самых дальних уголках их душ. Несгибаемость, одержимость отмечала критика в героях романа. Мотив духовной силы человека очень характерен для творчества Мушега Галшояна.
Роман «Горнило» удостоен премии Союза писателей Армении.
Продолжая основные моральные и эстетические традиции своего творчества, Мушег Галшоян создал цикл рассказов о Комитасе, с которыми в недалеком будущем смогут познакомиться и русские читатели.
А до этого Дзори Миро целую неделю гадал: «Примут сына в институт или не примут?» Арут хотел стать инженером.
Миро решил посоветоваться с Сарэ:
— Как быть, Сарэ, что нам делать?
(Дзори Миро за двадцать лет так ни разу и не назвал ее женой.)
Потом вспомнил, что у него земляк в Ереване, человек по имени Гаспар. Миро встретил его в годы войны, когда Арута провожал на фронт. Земляк тогда пригласил его в дом, угостил как положено, потом они всю ночь проговорили, вспоминая родные места и общих своих знакомых. «Жив ли Гаспар, нет ли?» — раздумывал Дзори Миро. Помнится, в то время сын этого Гаспара учился где-то там «наверху», сейчас, наверно, стал большим человеком. Если не будет Гаспара, можно к сыну обратиться — не откажет, посодействует.
Все это Дзори Миро высказал Сарэ и Аруту. Сарэ обрадовалась, Арут безнадежно махнул рукой:
— Слушай, отец, где же мы найдем этого Гаспара, не имея адреса? На весь Ереван один-единственный Гаспар из Хута! Гиблое дело!
— Я знаю, где он живет, — настаивал Дзори Миро.
— Да ведь с тех пор прошло двадцать лет, Ереван уже не тот.
Но Дзори Миро не терял надежды. Посоветовавшись с Сарэ, он выволок из хлева самого крупного барана.
— Это в подарок Гаспару... или его сыну.
...Краем глаза водитель покосился на башмаки Дзори Миро, повязанные, наподобие трехов, пестрыми плетеными тесемками, на его небрежно проутюженные брюки и ухмыльнулся. Арут перехватил его взгляд и покраснел.
А Дзори Миро тем временем напряженно таращил глаза, никак не узнавая места, где когда-то бывал. Вот по этой дороге много лет назад он шел вместе с Нарэ — но и дорога уже не та. Ему хотелось задержать взгляд на каком-нибудь холме, ручейке или балке, которые могли бы напомнить ему о тех далеких днях, но «Волга» мчалась на предельной скорости, обрывая воспоминания. Миро недовольно смотрел на шофера.
— А ты не мог бы ехать медленней?
— Не мог бы, дед, — в тон ему отвечал шофер.
Так и домчались до Еревана.
...Поди-ка отыщи Гаспара из Хута в этом огромном городе! Дзори Миро даже не решился приняться за поиски: все в этом городе было незнакомо ему, и он не знал, как быть. Он чувствовал себя потерянным и совершенно беспомощным.
Баран жалобно заблеял в багажнике. Дзори Миро озадаченно смотрел на шофера. Куда теперь податься с этим бараном? Может, вернуться в село? Нет, сельчане его на смех поднимут: «Дзори Миро отвез сына в институт, а там его не приняли».
Они вышли из машины, расплатились с шофером и, волоча за собой упирающегося барана, пошли по улице.
Несколько рабочих укладывали вокруг фонтана каменные плиты. Миро почему-то решил, что они завезены сюда из окрестностей Караглуха. Подошел ближе и стал смотреть, как по кромке этих плит садовник высаживает семена каких-то цветов.
«И они примутся? Нет, не примутся. Им многого не будет доставать: горного солнца, звона ручьев, дыхания овец, пастушьей свирели — очень многого им не будет доставать. Нет, пожалуй, не приживутся они», — думал Дзори Миро.
Он обернулся, посмотрел на Арута. Заложив руки в карманы брюк, юноша с независимым видом стоял у края тротуара и любовался фонтаном. Прохожие внимательно и с улыбкой смотрели на Дзори Миро и барана, но на Арута никто не обращал внимания: юноша был похож на горожанина, никто бы не подумал, что он только что приехал из деревни.
Миро не понравилось, как стоит Арут,. показалось даже, что Арут уже не такой краснощекий, каким был еще утром.
— Дед, барана продаешь? — поинтересовался один из прохожих.
— Нет‚— отмахнулся Дзори Миро. Но тут же он вспомнил, что сыну нужны деньги, а барана все равно некуда девать, и торопливо окликнул прохожего.
— За сколько продаешь? — деловито спросил тот.
Дзори Миро ни разу в жизни не приходилось торговать:
— Давай сколько хочешь
Но в дело вмешался Арут: барана он продал мигом, и за хорошую цену.
Сельчане заговорили наперебой:
— Сын Дзори Миро поступил в институт! Каково, а?
По этому поводу учителя высказали свое мнение:
— Арут способный мальчик, его должны были принять.
Но кое-кто из сельчан сомневался в способностях Арута:
— Взятка помогла, не иначе. Дзори Миро отвез в Ереван целого барана. Понимаете?
А Дзори Миро — ничего, Дзори Миро поцеловал Арута и на радостях зарезал петуха. В тот день он впервые за многие годы появился на людях, присел на камень возле колхозного правления, где уже сидели за неторопливой беседой свободные от дел караглухцы, и стал сворачивать самокрутку.
— Ну как, Миро? Слышали, сын твой в институт поступил.
— Поступил, слава богу.