Ледовая армия

— Конечно, они могут прикончить нас, когда мы выйдем из Южного Круга. Они ведь кровожадные чудовища, верно? — Тас Бур посмотрел на меня, будто ожидая ответа. — Но так ли кровожадны монстры, идущие путем Спящего?

Я молчал, слушая голос моря.

— Неприятно то, что с тобой сделали, парень, — сказал шаман. — Неприятно, что они сотворили с твоей душой. Опутали ее. Связали.

Тас Бур смотрел куда-то сквозь меня.

— Но, может, для тебя так действительно лучше?

***

Тас Бур и Энекен договорились о том, что никто из заклинателей и их Гончих каюты не покинут. Еду для колдунов будут приносить, равно как и ведра для нечистот. Сам Энекен обязался не выходить из рулевой рубки, где лично следил за стрелкой компаса под пристальным взором двух Клинков и одного наемника Ока.

Я не знал планов Черных Капитанов. Они не ведали, чем дышат люди Таса Бура. Разумеется, что-то должно было случиться. Гончие несли вахту у дверей, внутри кают, готовые ко всему и в любую минуту. Они же пробовали пищу в поисках отравы. В коридоре постоянно дежурил кто-то из боевых эмпатов, а вся команда «ИзоЛьды» не расставалась с оружием.

Но корабль шел на север, возвращаясь в края льда, и столкновений между нами не было.

С каждым днем становилось все холоднее. Я чувствовал это, невзирая на сущность монстра. Небо вновь заиграло синими и красными цветами. В море появились первые льдины.

Когда «ИзоЛьда» покинула пределы Южного Круга, они снова договорились. Я узнал об этом только когда в темной комнатушке, где мы с Хвайтом стояли у стены как вешалки, появился Энекен. Осунувшийся хозяин до этого долго спорил в соседней каюте, и ввалился к нам совсем обессиленный. Плюхнулся на кровать, повернулся на ней.

— Как это прекрасно — лежать, — поделился он с нами. Мы молчали. После того как Лайла убила себя, хозяин изменил нас обоих. Сделал так, чтобы наши внутренние чувства никогда не расходились с вымороженной в сердцах преданностью. Чтобы не свели с ума и нас.

Он уничтожил нас ради нашего спасения.

— Я убедил всех, что мы обязаны и дальше идти вместе. Заумь из Академий, конечно, была против — у них в трюме доказательства жизни на юге, но большинство удалось убедить. Очень хорошо, что так вышло. Их инструментарии, наши заклинатели, их команда, наши Гончие, их штурман и мой компас. Север и юг в одном. Понимаешь, Эд?

— Да, — ровным голосом ответил я.

Энекен пропыхтел неразборчивое ругательство. Посмотрел в мою сторону, словно хотел рассказать что-то еще, но закинул руки за голову и прикрыл глаза.

Я стоял, глядя во тьму, и думал об огоньках в толще воды, о которых когда-то рассказывала мне Лайла. Мысли о них приносили странное щекочущее чувство, название которого совсем не заботило.

Оно просто было и позволяло за него держаться.