Наследство разрушительницы

– Извини, Пал Степаныч, что я пришел, – Иваненко говорил все тем же задушевно- любезным тоном. – Я тебя, конечно, больше не побеспокою. Но позволь все же полюбопытствовать. Что произошло на конкурсе?

Неожиданный тон Иваненко застал Козырина врасплох. Он был готов к скандалу, крику, упрекам и угрозам, даже ударам кулаками по столу, но только не к этому елейному голоску и покорно- заискивающему взгляду.

– На конкурсе? – переспросил Козырин. – А что произошло на конкурсе?

Лицо Иваненко изменилось в течение секунды. Взгляд стал жестким и злым, нос и подбородок словно заострились. Иваненко стал похож на дракона. Не хватало только острых зубов и костистого раздувающегося воротника.

– А ты не знаешь, – совсем иным, агрессивным и резким голосом сказал он. – Случилось то, что конкурс выиграла эта девка. После того, как порт был обещан мне. Обещан тобой. Не ты ли мне говорил, что порт вместе с конкурсом у меня в кармане?

– Я такого никогда не говорил, – Козырин понимал, что Иваненко заставил его оправдываться, но решил пока следовать в фарватере олигарха. – Я говорил, что готов помочь тебе. Но любой конкурс – это конкурс, Михал Семеныч. Кто может гарантировать его результаты?

Иваненко откинулся на спинку кресла. На его губах мерцала зловещая улыбка. Он рассматривать собеседника, как диковинного зверька.

– Значит, разговора не получится, – сказал Иваненко и сокрушенно покачал головой. – А я-то думал, что мы по старой памяти все-таки побеседуем. Не чужие люди. И не вчера познакомились. А ты решил из меня дурака делать. Конкурс – это конкурс. Это с каких пор ты так стал рассуждать? Не с тех ли, как тебя под себя эта девка подмяла? Как и всех остальных.

– Что ты от меня хочешь? – глухо спросил Козырин.

– Я хочу знать, что произошло? Почему ты после всего, что было между нами, после тридцати лет совместной работы, вдруг решил меня продать? Я понимаю, ты не станешь отменять результаты конкурса и проводить новый. Как ты теперь говоришь: «Конкурс – есть конкурс». Но я хочу понимать, почему?

Последнее слово Иваненко почти выкрикнул.

– Мне нечего добавить к тому, что я уже сказал, – Козырин дрожащей рукой открыл лежащую перед ним папку. – Члены комиссии решили вопрос не в твою пользу. И я…

– Так перереши! – Иваненко опустил на стол тяжелый кулак. – Придумай что-нибудь. Найди у нее какие- нибудь нарушения. Придерись к бумагам. Отмени итоги конкурса и объяви новый. А там уж я позабочусь, чтобы голосование было в мою пользу.

Козырин покачал головой.

– Этого я сделать не могу.

– Не можешь, – зловещая улыбка вновь заиграла на губах олигарха. – А раньше мог. Значит, не хочешь. Интересно, почему? Что она с тобой такого сотворила? Затащила в постель? Неужели она так хороша? Что она тебе там такого показала? И каким своим местом тебя приворожила? Ты бы мне только шепнул о своей страсти, я бы тебе королеву красоты в постель уложил.