Весь Мегрэ. Том 2 [компиляция]

Мегрэ внимательно наблюдал за ней.

— Вам не приходило в голову, что именно то, что убийца увидел бы вас покидающей объятия молодого человека, и могло бы явиться причиной его действий?

— Не знаю. Я думала, что это все случайно. Я поступила неправильно?

Он предпочел не отвечать. Между дисциплиной и личной инициативой всегда возникало противоречие. А он сам этой ночью и все предыдущие дни, не попирал ли он законы дисциплины?

— А теперь не спешите. Располагайтесь в моем кабинете. Вам, как в школе, предстоит письменно изложить все, что произошло с вами в тот вечер. Постарайтесь припомнить мельчайшие детали, даже те, которые кажутся вам неважными.

Из опыта он знал, что это часто давало результаты.

— Можно воспользоваться вашей ручкой?

— Пожалуйста. Когда закончите, позовите меня.

Он вернулся в кабинет, где Люка и Торранс по очереди подходили к телефону. В комнатушке в конце коридора радист принимал сообщения от машин с передатчиками. Мальчик-рассыльный приносил их на клочках бумаги.

Стало известно, что мало-помалу толпа рассеялась; но, как и следовало ожидать, появилась армия переполошенных репортеров.

Сначала оцепили три квартала домов, потом четыре, наконец, весь район. Ведь по мере того, как шло время, у преступника появилось все больше возможностей скрыться.

Были обследованы все отели, меблированные комнаты, местные жители были разбужены и подвергнуты проверке документов и общим допросам.

Все указывало на то, что убийца проскочил сквозь прутья капкана, может быть, даже в первые минуты, во время первых свистков, когда все бросились бежать, а площадь Тертр излила любопытствующую толпу.

Существовала и другая возможность: убийца живет в квартале или рядом, и он просто вернулся к себе.

Мегрэ машинально играл пуговицей, которую ему передала Марта Жюссеран, обыкновенной пуговицей, темно-серого цвета с голубыми прожилками. Никакой надписи на ней не было. На железной петле еще были видны ворсинки материала костюма.

— Немедленно вызовите Моэрса.

— Сюда или в лабораторию?

— Сюда.

Из прошлого опыта он знал, что час, потерянный в определенный момент следствия, может обернуться для преступника неделями форы.

— С вами хочет поговорить Лоньон, шеф.

— Где он?

— В каком-то кафе на Монмартре.

— Алло, Лоньон?

— Да, шеф. Охота продолжается. Они оцепили большую часть квартала. Но я уверен, что видел его. Он бегом спускался по лестнице от площади Константин-Пекер, прямо у меня под носом.

— Ты не мог задержать его?

— Нет. Я тоже быстро бежал, а он еще быстрее.

— Ты не стрелял?

Был приказ стрелять. Стрелять в ноги, при условии, если не было прохожих, не подвергать их опасности.

— Я не решился. На последних ступеньках спал какой-то старый бродяга, и я боялся зацепить его. А потом он был уже далеко. Он затерялся в темноте, как будто вошел в стену. Я обшарил каждый метр. Все время у меня было ощущение, что он рядом, следит за каждым моим движением.