Пять жизней на двоих, с надеждой на продолжение

Змей здесь хватало, в лес я ходил в сапогах и даже наступить на гадючку не боялся. А вот ухватить ее рукой было явно нежелательно. Лучше поостеречься и попытаться договориться.

Как-то раз подошел к началу осушительной канавки и услышал, как на меня предупредительно зашипели. Пошуршав палкой, я увидел большую и толстую гадюку, которая медленно и недовольно покидала лежку. Я ей пожелал хорошего пути и, подождав немного, ступил на оставленное место и тоже пополз по бороздке между елочками, собирая щедрую на этот раз дань. Складывая аккуратненько в корзину с десяток крепеньких малышей, приближаюсь к концу борозды. И опять шипение – та же гадюка ругается, что нет ей от меня покоя.

А в болоте, на островках, до которых еще надо было уметь добраться, сохранились почти нетронутыми заросли фиолетовой голубики. Местные называют ее гонобобелем. Ляжешь на спину среди них и балдеешь от вида этих ягод на фоне голубого неба с висячим жаворонком. Тишина… только его нехитрая песенка слышна. Но не плохо предварительно проверять, куда ложишься, гадюки тоже эти места любили.

А ближе к осени вблизи гари и по бороздкам созревала брусника. По 10 литров набирал. Заливали ключевой водой и пили ее всю зиму.

Вот такое райское место было нам на лето предоставлено. Но при условии – кота в дом не пускать. У моего племянника Алексея на кошачью шерсть и любую рыбу была сильная аллергия. Вероятность его появления на даче была маленькая, но… его мамочка, а моя сестра просила не рисковать. (Почему вероятность маленькая? Воспоминания у него не сильно хорошие от прошлой жизни тут вдвоем со мной остались. Один раз мне мальчика доверили – пожить на этой же даче. Сначала я думал, что кормить нас Татьяна Борисовна сможет, но она застряла в городе, и мы с Лехой перешли на собственное обслуживание. У меня был запас пакетов немецкой продуктовой помощи бедной, но демократической России. Что-то типа макарон быстрого приготовления. Такая съедобная, но безвкусная вещь, а еще мы собирали маслята и все варили вместе в большой кастрюле. Дня три он держался, у него вообще спокойно-терпеливый характер. Но если Алексей уже приходил к какому-то решению – не сдвинуть. Вот и тут – он решил, что больше ЭТО есть не может и не будет. Пришлось включать в меню яичницу, вареную картошку, консервы и т. п. Не забывайте – магазины пустые были, в деревне тем более. Но все-таки продержались до приезда Борисовны).