Дневник добровольца. Хроника гражданской войны. 1918–1921

2.09.1919. Весь день было тихо. На нашем участке наступления не было. Мы ждали, пока наши соседи не выровняются с нами. Мы прошли немного вперед и расположились в имении графини Клейнмихель. Дом ее находится верстах в 3, около сахарного завода, а здесь только разбитые товарищами службы. Вторую половину дня занимались едой. Варили гусей, кур, жарили шашлык, пили наливку, чай, ели омлет с вареньем.

Сумерками проезжал вдоль фронта командир полка полковник Зеленин в автомобиле. Мы его чуть не обстреляли, потому что ни с того ни с сего услышали звук мотора. Что движется, не было видно и легко можно было решить, что это автоброневик противника. Он сообщил, что завтра мы пойдем дальше. Про Белозерцев он сообщил, что они не только сами не переправились, но пропустили через реку красных и отошли от деревни Борки. Не смущаясь этим, мы все-таки двинемся. К Белозерцам на днях приходят танки. Правее нашего полка Марковцы тоже продвигаются, а правее их Корниловцы заняли город Обоянь и захватили там батарею. Там тоже идут танки. На участке Бахмач– Конотоп красные продолжают наступать, вводя в бой свежие части, и заняли обе эти весьма важные станции. Говорят, что в Харькове по этому поводу население начинает волноваться.

3.09.1919. Белозерцам сузили участок, а между нами и ими поставили Олонецкий батальон123. Часов в 6 прошли через Щеголек и двинулись дальше. Мы должны были наступать на Будище, Саморядово и Растворово. Не идя на Будище, мы во фланг ударили на Саморядово. Красные этого никак не ожидали. Когда появилась на бугре наша цепь, они сначала приняли ее за свой 59-й полк. После нашей первой шрапнели, Самурцы бегом бросились в деревню. Всё красное побежало. Они бросили кухню с обедом, хлеб, продукты и пулемет. Через несколько минут мы увидели, как из деревни карьером выскакивала их артиллерия. Мы открыли по ней беглый огонь, в результате которого и пушка с зарядным ящиком, и две подводы со снарядами были брошены.

В этом направлении наша пехота не шла, поэтому мы эту брошенную пушку всё время держали под огнем, так как с их стороны были попытки выручить ее, до тех пор, пока наши разведчики не взяли ее. При пушке осталась пара здоровых корневых лошадей (остальных они успели угнать), на которых она и была доставлена. На передках было полно вещей номеров и ездовых, которые были разделены между нашими солдатами. Так как справа и слева наши не успели выдвинуться на нашу линию, то мы дальше не пошли. Полковник Григорьев, помощник командира 3‐го батальона, всё время волновался из-за флангов и боялся, что мы не удержимся на этой позиции. Он не так давно прибыл из Франции и совершенно не освоился с ведением этой войны. Привыкши видеть густые «массы пехоты», он всё время думает, что нас слишком мало на нашем участке для того, чтобы вести серьезные бои.