Чаша Отравы. Книги 1-7 [Компиляция]

Он снова опустил голову.

- Думаю, это и заводит твоего брата, Кроду больше всего – её непокорность, - наклонил голову Хо, задумчиво оглаживая бороду. - Я понял это, когда он пришёл в ещё большую ярость от её слов. Должно быть, ярость наполняет его силой. В ярости, как в бездонном источнике, он черпает энергию для своих недостойных дел.

- Вы правы, - согласился с ним Мизу. - Крода импульсивен и быстро выходит из себя, когда теряет над чем-то контроль. Это всегда шло ему не на пользу. Хотя, бывает Крода способен обуздать себя, и тогда он становится особенно опасен, ведь коварство и хитрость, на время укрощённые им, начинают сочиться из него в такие минуты, как яд из притаившейся змеи. Вот и в тот день он предупредил Бхуми, что даёт ей последний срок – один месяц, с тем, чтобы она одумалась и покорилась ему.

Мизу сокрушённо покачал головой.

- Однажды я пытался помочь Бхуми. Хотел вывести её из дворца под покровом ночи, но она, к моему удивлению, категорически отказалась идти со мной, сказав, что её муж скоро придёт за ней и освободит её. Тогда я пошёл к брату и пытался вразумить Кроду, вернуть Бхуми мужу. Но он остался глух к моим речам, ослеплённый своей гордыней и преступной страстью. Он назвал меня своим врагом и осыпал проклятиями. Тогда я ушёл из Чанчжен и несколько дней скитался по рыбацким посёлкам, обдумывая, как мне поступить дальше, пока не встретил уважаемого Хо.

Мизу с благодарностью посмотрел на старика.

- А почему Крода не возьмёт мою жену силой? - хмуро спросил я. - Ведь сила сейчас на его стороне.

- Он не может, - покачал головой Мизу. - Ни одной женщиной он не может овладеть помимо её воли, потому что в юности гадалка предрекла ему смерть, если он осмелится на это. Будучи чрезмерно впечатлительным, мой брат так проникся этим пророчеством, что долгое время вообще сторонился женщин. Мысль о смерти глубоко засела в его голове. Его честолюбие не допускало для него подобного исхода, ведь он всегда считал, что его ожидает великое будущее.

- Но что если твой брат всё же решится убить мою жену, не сумев сломить её непреклонность? - засомневался я, пристально глядя на Мизу.

- Нет, - покачал головой тот. - Скорее он захочет убить тебя, чтобы завладеть сердцем Бхуми.

- Любопытно, - в раздумье произнёс я, потирая подбородок. Затем снова обратился к Мизу:

- Расскажи мне о Кроде. До сих пор, твой брат остаётся для меня таинственным призраком, то и дело возникающем на моём пути. Призраком, цели которого для меня совершенно не ясны.

- Что ж, изволь, - пожал плечами Мизу. - Возможно, для тебя это покажется странным, но в своё время мой брат был известным человеком на Гивее, почти таким же, как вождь Цин Бо. Двадцать лет назад они даже соперничали на выборах... Да, да! Тогда ещё у нас вождей выбирали на основе свободного волеизъявления народа, за их заслуги и достоинства, а не из страха или жажды денег. Люди тогда ещё не стали такими же безразличными и одурманенными ложью, как сейчас. У нашей семьи было много сторонников, но Цин Бо хитростью и обманом назначил своим приемником никому тогда не известного Чой Чо Рена. Говорят, тот чем-то отличился перед революцией, служа в ОЗАР. Возможно, даже однажды он спас жизнь самому Цин Бо. Вот за это-то тот его и приветил, сделав главой народного правительства. Не знаю, как там было на самом деле, но так закончилась для Гивеи время свободы. Идеалы революции померкли. Настало время разочарований и утрат. Мой брат, оскорблённый вероломностью Цин Бо, поклялся тогда до конца жизни бороться с любой властью на этой планете, пока сам не получит эту власть – власть над всеми остальными. Он перестал чтить и народ, потому что тот, поверив в ложь, не поддержал его на выборах и тем самым предал... Так и теперь считает Крода.