Синее море [Пьесы]

К р у м и н ь. Свинский городок. И эта музычка.

С е р е ж а. А что?

К р у м и н ь. Вспоминается, знаете, как в саду гуляли офицеришки нашего гарнизона с барышнями и гимназисты вроде вас, а мы, мальчишки из трехклассного городского, выглядывали из-за забора. Дальше нам хода не было.

С е р е ж а. И все-таки детство…

К р у м и н ь. Что?

С е р е ж а. Какое бы ни было, а остается в памяти на всю жизнь.

К р у м и н ь. Может быть, может быть… (Прикрыл окно и повернулся к Сереже.) А ведь я ненамного вас старше, Неховцев, хотя и кажусь почти стариком.

С е р е ж а. Какой вы старик! Класса на два, на три старше.

К р у м и н ь. Вот то-то. Думаете, я один такой?

С е р е ж а. Исторически это уже случалось. При Наполеоне семнадцатилетний Антуан Жюльен был комиссаром революционных войск в Пиренеях.

К р у м и н ь. Я хоть и не Жюльен, но тоже был комиссаром, а вот заниматься в его возрасте прелестями великой русской литературы мне уже не пришлось.

С е р е ж а. Понял.

К р у м и н ь. Очень хорошо, что поняли. Позавидовать можно эдаким размышляющим обывателям! Повылезут потом чистенькие, ни в чем не вымазанные, не замаранные… В сторонке-то — легко?

С е р е ж а (хмуро). Кому как.

К р у м и н ь (усмехнулся). Впрочем, мы с вами здорово испортили им страстную субботу! В городском саду играем вальсики, в святую ночь под их колокольный звон наши ребята вывалят с песнями «Долой, долой монахов, долой, долой попов» и будут размахивать факелами, запустив фейерверк! Что они — эти с куличами?

С е р е ж а. Злятся.

К р у м и н ь. Пусть! И все-таки надо не слишком шуметь, когда начнется крестный ход. А то в прошлом году черт знает что было.

С е р е ж а. Это не по моему ведомству. Мое дело обеспечивать артистами и музыкантами.

К р у м и н ь. Ну что ж, по вашему ведомству, так сказать, у вас наиболее приятная и безопасная часть работы. (Подошел к столу.) Если не ошибаюсь, ваш друг, я говорю о Михаиле Яловкине, соответственно подготовленный к размышлениям, мечтал стать народным учителем?

С е р е ж а. Да.

К р у м и н ь. Ну и как, гражданин Неховцев, можно такому человеку доверить воспитание молодого поколения?

С е р е ж а. Мне кажется.

К р у м и н ь (повышая голос). Того поколения, которое будет создавать, коли на то пошло, наше с вами будущее?

С е р е ж а. Да, можно было.

К р у м и н ь. Думайте, о чем говорите!

С е р е ж а. Я говорю так, потому что знаю Мишу как никто! Он бы жизнь отдал!..

К р у м и н ь. Встречал, встречал и таких. Они нас вешали и расстреливали и клялись декабристами и всеми святыми именами революции…

С е р е ж а. Но ведь Миша…

К р у м и н ь. Бросьте жалкие слова! Мы говорим об убийце!

С е р е ж а (мучительно сжав губы). Знаю.

К р у м и н ь. Возьмите платок, вытрите нос, у вас, кажется, насморк.