Месть невольницы. Истинная для дракона

Не пообещал и что защитит, когда она признавалась, что её били и обижали другие слуги. Вообще ничего не сказал. Ему тогда даже в голову не пришло, что нужно ей это озвучить.

Он не подумал, что она считает его подлым лицемером и жестоким лжецом. Что поводов его бояться у неё гораздо больше, чем поверить в его исправление. И ведь он, дурак, готовил сюрприз — дурацкий бал, который ей совершенно точно был не нужен. Сколько она ему говорила, а он не слышал.

Главное, что вот тут, — он приложил ладонь к сердцу.

Оно билось рвано и порывисто, причиняя боль изнутри. Тоже наказывая.

Почему же его так тянет к ней? Ведь связь разорвана... Неужели в этом и состоит его наказание?

Дракон стал вовсе неуправляем. Как-то в порыве чувств едва не сжёг деревню.

Поэтому Азар был вынужден приготовить для него — себя клетку. А потом запереться там, оставив страну на Эдварда. Тот был алчным, но не глупым, и король надеялся, что он справится. Если первое время давал советы, вникал, то после попросил не приходить так часто, потом — и вовсе.

Он вспоминал каждый её жест, взгляд, прикосновение. Теперь на контрасте так отчетливо была видна разница, как она вела себя с ним до и после его рокового поступка. Как он мог считать, что в любое время сможет просто позвать её и получить то, что она давала раньше? Как можно быть таким идиотом?

Он просто сгорал от ужаса содеянного. От одиночества. От того, что скучал. От того, что понял, что сделал с любимой. Своей наивной светлой девочкой. Эмми.... Теперь он называл её так действительно ласково.

Когда-то ей нравилось, что он так зовёт её, а он лишь смеялся над ней. Теперь ему некого звать, и всё, что у него осталось — придуманное им тогда нелепое прозвище, ставшее самым желанным в мире, и отрезанная белоснежная коса.

Это всё, что он взял с собой в башню.