Сказания Заморавии

Но стоило Принцу, пришедшему из адовых темниц (или райских долин? – я не знал), взглянуть на умалишённую жену, как та сразу умолкла, словно рот ей заткнули кляпом.

– Я ведь сам тебя похоронил в склепе, в Хергелентаре… – выдохнул я, когда статный, вытянувшийся гном подошёл ко мне.

– Ты подвластен своему страху и одиночеству, – Глорд говорил совсем не своим басовитым голосом. Он говорил мраком, холодом, он говорил сыростью и тьмой, – Не верь чувствам…

В тронном зале никого не было, кроме нас, да Квиланды, которая после взгляда призрака своего покойного мужа вновь впала в апатию: легла на пол и замолчала.

Но зато в других помещениях подземной цитадели я стал различать обострённым слухом различные шорохи, нервное боязливое дыхание. Это притаились слуги, стражи и королевские вельможи, боясь выйти из своих убежищ: кладовых, погребов, комнат; боясь столкнуться лицом к лицу с тьмой и одновременно порождая эту тьму в своих душонках, скапливая, как грязь страх и корысть.

– Ты коришь себя за смерть близких своих, – продолжал говорить леденящий, чарующий голос внутри гнома, – Они возникают пред твоим сознанием и пред твоими зарницами глаз, воплощаются из тумана, из Тьмы небытия! Из Нас… Из Меня!

Тьма и холод окутали меня, но это было даже приятно, словно было родным.

– Кто ты?.. – я испугался этой родной Тьмы, как нее пугался ещё ничего, – Кто Вы?!

– Мы есть Он! А ты, смертный, хранишь у себя могущественнейший артефакт, что видел Имр. Завет жизни – это дар… Наш тебе. Ибо Я… и Он создатели Завета. Используй его по назначению, для того, ради чего он и был создан из Двух… Арза…

Я знал, с кем разговариваю, но боялся произнести Их имена.

– Я буду использовать Завет, – кивнул я, сглотнув ком в горле, – а вы остановите Удора. Его кровожадность не знает границ! И позвольте мне завладеть ещё одним артефактом, Книгой жизни, Книгой бога Имануса.

– Мы есть Он. И мы не вмешиваемся в дела смертных… Ваши боги тоже смертны. Вечен лишь Арз. Мы есть часть Его. А Удор всего лишь часть Нас. Он слаб, и поэтому жаждет власти.

Существа или лучше сказать Существо (ибо Они неделимы), стоящее передо мной не было гномом или его мороком, не было и богом. Существо являло собой Драугров, часть Арза, его тёмную часть…

Говорили Драугры на гномьем языке, так как смотрели на меня глазами гнома.

– А что же Книга? – спросил я. Ладони вспотели, рукоять Скатвера стала сколькой, но я не отпускал её.

«Ничего, мой булатный друг, мы ещё повоюем»…

– Ты уже на пути к своей цели. Книга сокрыта, но найти её – твоя судьба. Ты сам избрал её. Стезя твоя верна, и Мы не вправе мешать тебе, потому что путь твой светел, хоть и несёшь ты с собой смерть и хаос.

…Но ты не сможешь использовать Завет жизни, если всегда будешь на свету. Обратись ко Тьме… к Нам. Познай истинную боль, чтобы причинить боль богу. Избавься от заставшего тебя страха, чтобы сеять этот страх в других душах…

Если ты не будешь пользоваться Заветом, то Мы заберём его, и надобность в твоём существовании отпадёт.

– Я как же это? – я достал Зеркало судьбы и навёл вспыхнувший луч света на качающегося, словно состоявшего из тумана, Глорда.