Цапля для коршуна

Дион потянул ее с собой на диван, с тяжелым вздохом откинулся на спинку.

— Лаэрт хотел, чтобы мы в полном составе поставили подписи под решением о казни всех задержанных. Без разбирательств и суда.

— И ты согласился?

Во взгляде Диона мелькнула невеселая усмешка. "Думаешь, я чудовище?" — говорил этот взгляд.

— Я сказал, что акция устрашения — не то, что нужно Гадарии накануне королевской свадьбы. Никому не хочется марать руки в крови, так что меня поддержали почти единогласно. Лаэрт долго бушевал, но в конце концов признал разумность этого довода. Приговор отложили до завершения свадебных торжеств.

— Может, Алиалла убедит его проявить милосердие?

— Если захочет, — пробормотал Дион и вдруг уткнулся лбом Лене в плечо.

У нее сердце дрогнуло.

Чтоб им всем в болоте утонуть — королям, князьям и княжеским дочкам с их грязными играми! Чтоб им жабами стать. Сидеть на кочках, глотать мух, громко квакать — и не портить жизнь людям.

Она погладила "мужа" по кудрявящимся волосам.

— Иди ко мне.

Дион благодарно пристроил голову у Лены на коленях, поймал ее ладонь и прижал к губам, глядя снизу вверх потеплевшим взглядом.

— Ты нужна мне. Только ты, больше никто.

Она пробежала пальцами по его щеке — левой, такой же здоровой, как правая. Чудо, которое не укладывалось в голове… Но факт налицо. Точнее, на лице. Хоть что-то хорошее.

Однако вслед за признанием Диона в Ленины мысли угрем прошмыгнула Леннея. Что бы ни было в прошлом, дочь Дювора сполна расплатилась за все…

— Я тоже хотел бы ей помочь, поверь, — отозвался Дион. — Но тебя на нее не променяю.

Он помолчал.

— Мне кажется, я ждал тебя всю жизнь.

В груди ныло от этих слов, от его взгляда, полного нежности, и Лена не знала, чего хочет больше, целовать Диона или плакать.

— Как Айдель? — спросила, меняя тему. — Есть новости?

— Я просил Алиаллу помочь ему. Она настаивает на твоем присутствии. Думаю, для нее это просто предлог увидеться с тобой во дворце.

— О'кей, — сказала Лена.

— Что?

— Ладно, я согласна. Ученица хочет навестить учителя. Вполне правдоподобно.

Все, что угодно, лишь бы не вариться в собственном соку, мучаясь угрызениями совести и занимаясь самоуничижением. Может, иэннская интриганка наконец скажет, чего хочет. Это ведь случится рано или поздно. Так пусть лучше рано, то есть сейчас, когда Лене совсем не страшно.