Напарницы [litres]

– Подожди, а если бы на тот момент самым дорогим для тебя был какой-то человек, она бы забрала его жизнь? – потрясенно выдохнула Энту.

– Нет, конечно. Никто не может расплачиваться с богами тем, что ему не принадлежит. Максимальная жертва, которую могут потребовать боги в обмен на твою просьбу, – это твоя собственная жизнь. Но в моем случае Транзисэу взяла гораздо меньше, даже не всю мою магию. – Агуду печально усмехнулся.

– Это ведь не конец истории? – прозорливо заметила Энту.

– Не конец, – кивнул Агуду. – Я не зря начал с объяснения, чем ментальные маги отличаются от других людей. Лишившись своих способностей, я словно… оглох. Я совершенно перестал понимать окружающих, только способность чувствовать ложь почему-то осталась. Я не мог понять даже, всерьез мне что-то говорят или шутят. Это было мучительно. Я почти перестал общаться с людьми, только с Доусэ и Баром еще как-то мог, потому что им я сразу рассказал, что произошло, и они, пытаясь помочь мне снова научиться понимать других, прямо говорили мне о том, что чувствуют, а когда шутили, добавляли: «Шутка». Это помогало, конечно, но дело двигалось очень медленно, и однажды я не выдержал и снова призвал Транзисэу. Я не был уверен, что она придет, ведь я больше не был некромантом, но она все-таки явилась, и тогда я попросил ее меня забрать – просто не хотел больше жить.

– Что?! – ахнула Энту.

– Знаю, не очень-то мужественный поступок, но я просто больше не мог все это выносить. Мне еще не было и двадцати, а я уже устал от жизни так, будто мне перевалило за девяносто. Я что-то не то сказал? – встревоженно спросил Агуду, внимательно вглядываясь в лицо Энту.

– Нет. – Она покачала головой и попыталась улыбнуться сквозь слезы.

– Но ты плачешь из-за меня!

– Просто это очень грустная история, – всхлипнула Энту. – Но ты ни в чем не виноват. Мало найдется тех, кто способен вынести такое.

Она смахнула рукой слезы, пересела к Агуду на колени и крепко его обняла.

– Мне так как-то спокойнее, – неловко пояснила Энту. – А если ты тоже меня обнимешь, станет совсем хорошо.

Агуду обнял ее, поцеловал в соленую от слез щеку и продолжил свой рассказ:

– Так вот, Транзисэу явилась мне, но забирать меня к себе отказалась. Она сказала, что у нее есть для меня кое-что получше. Что, если я все-таки сумею снова научиться хоть как-то понимать других, однажды я встречу прекрасную девушку, восхитительную синюю бабочку, которая сделает меня счастливым. И если я не сумею удержать свое счастье, она, так и быть, мне поможет. И я встретил тебя. И ты оказалась именно такой – восхитительной синей бабочкой, рядом с которой я чувствую себя счастливым.