Розыгрыш или реальность

Пока звучали слова обвинительного приговора, нас окружили с десяток стражников вместе с советником Дабджараном. Мышцы Эола напряглись, но он для всех он всё также оставался расслабленным. Мягкое поглаживание его большим пальцем моей руки успокаивало плохо, но давало иллюзию того, что он все держит под контролем. Это его мир. Он знает как нужно себя вести и что предпринимать, сейчас главное, чтобы нас не разлучили.

Тем временем отзвучали слова, голограмма свернулась и погасла. Правитель, выдержав паузу, заговорил:

— Я не спрашиваю тебя, Риматар, признаешь ли ты свою вину. Я только хочу тебе показать вот его, — он поднял руку и ткнул указательным пальцем с вытянутым острым когтем в сторону нас, — того, ради которого ты готов сложить свои крылья. Смотри! Вот он, жалкий потомок последнего Древнего Правящего, который прятался по третьесортным планеткам и развлекался в своё удовольствие, в то время как твои соратники гибли за него. Он даже воспользовался правом вея берсайцев, связав свою судьбу не с элленийкой, лишь бы избежать честного суда или доказать свою состоятельность как воина, сразившись со мной в День открытой Казни, когда его признают виновным в измене мне!

Подсудимый поднял тяжелую голову и посмотрел на Эола, но, несмотря на все слова, во взгляде его была только уверенность в своей правоте.

— Эол Аноноркхад — истинный Правитель Эллении, — прохрипел мужчина. — А ты — жалкий выскочка, — перевел он взгляд на взбешённого гиганта.

— Крол! — зычно крикнул мой муж, обращаясь по имени к действующему Правителю. Его голос, который всегда меня завораживал, сейчас резал слух своей сталью. Он повелевал, несмотря на то, что мы были заложниками. — Ты так стремился к власти, что сам, поправ все Законы, выбитые на вратах, являешься преступником. В чем вина Риматара? В том, что он остался верен своему Правителю, которого ты вероломно убил со спины? По тем же Законам, наследование идет не только по праву рождения, но и по праву Истинности. Только тот, чье сердце открыто и не знает черной зависти и злости, может стать Наследником Древних Правящих! Ты так уверен в том, что достоин править элленийцами? Почему же ты до сих пор не посетил Храм Трёх Провидцев? Боишься узнать вердикт?

— Заткнись! Замолчи! — Лаллос замотал головой, как большой пес. Его тело стало корёжить. Бронированные чешуи на лице то появлялись, то снова исчезали. По мышцам прошла волна судорог, но в какой-то момент он сжал на груди медальон и оказался под тонким защитным полем. Через приоткрытый рот вырывалось частое сиплое дыхание, безумный взгляд метался.

— Я убью тебя! — взвыл он. — Это всё твой проклятый дар! Но я знаю… знаю, как бороться, — он глупо захихикал и показал на медальон. — Вот эта милая вещица спасет от твоего голоса, птичка певчая.