Весь Перри Мейсон в 4-х томах. Том 2 [компиляция]

Топхэм провел длинными, костлявыми пальцами по высокому лбу, быстро взглянул на шерифа, снова сменил позу в кресле, которое давно уже научилось отвечать протестующим скрипом на постоянные ерзания своего хозяина.

– Вы действительно назначены душеприказчиком? – спросил он.

– Даже свидетель шерифа признал это.

– Могу я взглянуть на завещание?

– Нет.

– Почему?

– Я предъявлю его в надлежащее время. По закону, насколько я помню, хотя давно не заглядывал в него, у меня есть тридцать дней.

Кресло вновь заскрипело, на этот раз пронзительно и жалобно. Окружной прокурор повернулся к шерифу:

– Если все, что он говорит, правда, мы не имеем права предпринимать какие-либо действия.

– Даже если он проник в дом и тайно выкрал документ из стола?

Мейсон улыбнулся, а кресло окружного прокурора разразилось целой серией коротких резких скрипов.

– Как исполнитель завещания, – объяснил Топхэм, – он имеет право распоряжаться всем имуществом покойного. Осмотр имущества покойного является не только правом, но и обязанностью душеприказчика, к тому же он совершенно прав, завещание по закону действительно должно быть передано душеприказчику или в канцелярию округа.

Разъяренный шериф повернулся к Мейсону:

– Почему вы мне раньше не сказали об этом?

– А вы меня не спрашивали.

– Но вы же не настолько глупы, верно?

– Понимаете, шериф, – извиняющимся тоном произнес Мейсон, – иногда, чувствуя смущение, я лишаюсь дара речи. Вы, шериф, несколько раз обещали принять по отношению ко мне самые крутые меры, чем несколько смутили меня, и я немного оробел.