Уэллс. Горький ветер [litres]

Когда дверь в переговорную открылась и я увидел Флумена, внутри у меня все сжалось. Я чувствовал, что близок к разоблачению. За все время работы с Уэллсом я ничем ему не навредил, старательно отводил от него любые выпады Флумена, но в то же время сам факт, что я завербован Секретной службой, мог поставить под угрозу наше дальнейшее сотрудничество и дружбу с Гэрбертом.

Флумен сел во главе стола, окинул взглядом Уэллса, мельком посмотрел на меня, виду не подал, что мы знакомы, и произнес:

– Рад видеть вас, господин Уэллс. Признаться честно, я давно являюсь поклонником вашего гения и внимательно слежу за всеми публикациями, которыми время от времени вы балуете публику. Вот жаль только, что познакомиться нам пришлось при таких сумбурных обстоятельствах. Думаю, вы обратили внимание, что в Лондоне сегодня стало очень неспокойно. Быть может, вы просветите меня, а в моем лице британскую корону, что за чертовщина творится на улицах?

– Думаю, вы и сами прекрасно знаете ответ на свой вопрос, – уклончиво заметил Гэрберт.

– О, мне хотелось бы услышать вашу версию событий, после этого я поделюсь с вами своей. Если, конечно, они не будут совпадать, – лукаво улыбнулся Флумен и тут же спохватился: – Но что это я, веду себя как негостеприимный хозяин. Быть может, вы хотите чая, или любимого вами портвейна?

– Нет. Благодарю вас. Не время наслаждаться чаем, а уж тем более портвейном. Что же касается затронутого вами вопроса, то я могу только предположить, что кто-то каким-то неизвестным мне способом раздобыл вещество, называемое кейворит, или один из возможных его аналогов – мне о них неизвестно – и применил его в действии. Как я понимаю, этот человек или группа лиц действовали с каким-то умыслом. Они могли бы поднять на воздух обитателей Букингемского дворца или весь парламент в полном составе, могли даже Дом на набережной отправить летать, но они избрали объектом своей атаки лондонский зоопарк. Почему именно его, я не берусь утверждать, но мне видится в этом какая-то насмешка, вызов. Кто-то очень хотел утереть вам нос, показать, что не вы правите в городе, и даже в стране, а невидимая сила. И у них получилось весьма убедительно продемонстрировать свои возможности.