Соседи и родня Оттавии Малевольти
- Автор: Губайдуллина Галина Ивановна
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: Selfpub.ru (неискл)
- Жанр: Исторические любовные романы
Электронная книга - «Соседи и родня Оттавии Малевольти». Краткое содержание книги:
–Отмывай детей, я забираю вас в город. Вот платье для тебя.
–Тебя засмеют белые,– пристально глядя в глаза англичанина, предупреждала индианка.
–Я сумею за себя постоять. Ни я один в здешних местах польстился на местную красотку.
–А ты подумал: смогу ли я жить среди белых?
–Будешь жить также, как и среди своих. У английских аристократов, так же, как и у индейцев, приветствуется гордость и полная безразличность на лице.
–Раздевайтесь, я накормлю вас,– пригласила Роза.
Тут Орин заметил, что в углу суетится девочка-подросток, кромсая рыбу на части.
–Приютила сиротку по имени Листок. Она смотрит за девочками, когда я добываю пищу,– пояснила хозяйка дома наличие подростка.
7июня 1.818 года. Орин Филдинг работал наёмным капитаном в судоходстве Квебека, чтобы заработать состояние поприличней и выплатить Россу компенсацию за поломку и простой судна.
Он купил билеты в Англию для всей семьи, и ему предстоял сложный разговор с Розой. Увезти детей тайно он не мог. Интим за эти годы у них, конечно, был, и каждый раз барон боялся, что вскорости Роза родит ещё двойню.
И вот гуляя с девочками и женой в лесочке у города, глава семьи опустился на корточки, зачерпнул пригоршню земли, помял её, и с тоской изрёк:
–Вроде та же земля, то же Солнце, но это не дом.
–Я поняла тебя. Ты хочешь вернуться на Родину.
–С вами. Поедим?
–Если муж – замечательный человек, жена последует за ним хоть на край света, примет все его догмы и будет стараться не подвести благоверного.
«Почему сердцу нельзя приказать полюбить?»– с жалостью к жене подумал Орин.
–Твои родственники, наверняка, будут сердиться твоему выбору жены…
–Тебе незачем волноваться и боятся, Роза, моя сестра – обходительный и приятный человек.
А сам поёжился, вспоминая спесивое выражение лица Наяды. Всё же он заранее предупредил сестру письменно, когда приедет и с кем приедет.
Беседку оплетали ползучие растения. Вьюнки с нежными цветами тянулись к солнцу, которое радостно изливало свет на Землю.
Вокруг тропинки к беседке толпились разросшиеся кусты шиповника и роз.
Вдали теснился густой бор. Его прохлада и тень манили в столь знойный день.
Наяда с удивлением обнаружила читающую гувернантку одну без Энджела.
–Где мальчик?– вопрошала леди.
Служанка уронила книгу и испуганно хлопала глазами.
–Где мальчик?!– строже повторила вопрос госпожа.
–Я покажу,– наконец проговорила гувернантка, и пошла по тропинке.
Миссис Олди засеменила сзади.
Энджел сидел на мраморном постаменте на корточках, обняв статую в виде сидящей женщины с ребёнком на коленях. Глаза мальчика были закрыты. Он о чём-то думал или мечтал.
–Вот видите, леди, ничего страшного. Он часто сюда убегает и сидит так часами.
Не обращая на неё внимания. Наяда подошла к племяннику, дотронулась до плеча.
–Энджел, что ты здесь делаешь?
–Я представляю, что это не каменная глыба, а моя мама…Мне её очень не хватает…Она правда никогда не придёт?
–О. Энджел!
И Наяда обняла малыша. «Правильно, что все слуги ненавидят меня,– ругала она себя,– Не замечать печальных глаз покинутого ребёнка! Я – моральный урод. Не женщина, а ледяная глыба. От счастья, что дарит мне Биффорд, ничего не вижу вокруг».
–Вы уволены,– оглянулась леди на гувернантку, зло глядя на девицу полными слёз глазами.
Та хмыкнула и зашагала к дому за своими вещами.
«Как жестоки люди,– плакала женщина, сжимая Энджела в объятьях,– Мальчик часами изо дня в день сидел здесь, слуги ходили мимо, и никто не уведомил меня о странностях в поведении ребёнка. Малыш ждал ласки от каменного изваяния, интуитивно понимая, что окружающим людям не до него».
В толпе встречающих на причале затерялась Оттавия Малевольти. Наяда рассказала о приезде Орина тёте Тине Бонэм, та Элеоноре, а от неё узнала и Отта.
Жёны матросов плакали от счастья, выкрикивали имена мужей.
Вот люди сходят с трапа, попадая в объятия родных. Радостные возгласы, смех, причитания…
Сердце Отт ёкнуло, а внутри всё похолодело, будто на мгновенье кровь в жилах замёрзла: барон Орин Филдинг спускался, поддерживая за локоть смуглокожую женщину в строгом европейском платье. Кто-то из команды нёс двух четырёхлетних близняшек, которых, как только спустили на сушу, вручили Филдингу.
Оторопевшая Наяда приблизилась к брату. Сухо ему кивнула и пригласила в карету. Она в тайне надеялась, что темнокожая жена, о которой написал брат в письме, на деле окажется розыгрышем.
Где-то в толпе кто-то отчаянно рыдал. У Орина почему-то сжалось сердце. Предчувствия его не обманули: рыдала действительно Оттавия. И если бы в эту минуту Орин разглядел в толпе её черты лица, то бросился бы к ней.