Тейлор — Медея [на 2020-й год; не закончено и не будет]

Эмили недовольно качнула головой. Опять поддалась эмоциям! Выпрямиться. Голова, грудь и шея на одной линии. Вдох. Отсчитать шесть ударов пульса. Закончить вдох, задержать дыхание. Три удара пульса. Выдох. Шесть ударов. Опять задержать дыхание на три удара. Повторить упражнение. Полутора минут будет достаточно.

Эмили снова задумчиво уставилась в темноту за окном. Да. Слишком мало огней. Инфраструктура сильно повреждена сейсмическим ударом. Даже умирая, Губитель ухитрился нагадить! В голове мелькнула подлая мыслишка: «А может, пусть бы себе уходил? Пусть бы его прибили в другом месте.». Глупость. Тактические последствия для города — ничто в сравнении со стратегическими последствиями для мира. Тем более, в другом месте могло не оказаться Козыря–Эпицентра достаточно мощного, чтобы удержать Левиафана под ударом Эйдолона. Да, вовремя Кастер собрала свой усилитель–ослабитель… Если б еще она соблаговолила предупредить, что она что–то строит! Впрочем, ни одному известному Эмили Технарю не приходило в голову предупредить окружающих о своей деятельности. Максимум, на что их хватало — провести испытания подальше от людей, после чего сразу ломились искать приключения с новой игрушкой наперевес. На то место, которым, похоже, и думали. И они еще имели наглость возмущаться «бюрократическими проволочками»! Разумеется, испытания, необходимые, чтобы убедиться в отсутствии опасности их творения для окружающих, занимают значительно больше времени, чем обычное Технарское «пуф–пуф. Работает!». Но конечно, когда это маски думали о ком–то, кроме себя?!

Вдох. Пауза. Выдох. Пауза.

«Сегодня, Эмили. Сегодня, когда умирали под когтями Левиафана, чтобы могли жить другие.», — ответила директор Пиггот сама себе.

Мысли Эмили вернулись к устройству мисс Эбер. Все люди в радиусе нескольких километров почувствовали его активацию. Ощущения у всех были примерно одинаковые. Первые несколько мгновений — внезапная тяжесть, затрудненное дыхание, чувство, что мир вдруг стал чужим и враждебным. Затем — повышенная утомляемость. Все гражданские, находившиеся в радиусе действия устройства, показали активность в среднем на двадцать процентов ниже, нежели находившиеся вне этого радиуса. Наверно, хорошо, что это устройство сгорело после первого же использования. Пиггот практически не сомневалась — даже если бы в результате несанкционированной активации несанкционированного устройства погибли все гражданские, находившиеся в радиусе действия, но погиб и Левиафан… Этот «маленький нюанс» с гражданскими быстро бы замели под ковер, и Кастер все равно бы стала национальной героиней. Победителей ведь не судят, а уж когда это маска, многими неофициально причисленная к «первой десятке» Протектората… Та же Александрия могла бы нарушать законы налево и направо, и ей бы все равно все сошло с рук…

Вдох. Пауза. Выдох. Пауза.

«Нет, Эмили. Плохо, что устройство разрушилось.», — вновь смирив свою антипатию к маскам, отстраненно рассмотрела ситуацию директор. Устройство доказало свою полезность. Ничего непоправимого с людьми не произошло. Результат достигнут, и какой результат! Да, это был риск, но по словам мисс Эбер — риск просчитанный и небольшой. К тому же, Кастер все же оказалась достаточно умна, ответственна и осторожна, чтобы встроить в свое творение предохранители. И в результате вместо разносящего все вокруг взрыва, перегруженное устройство тихо–мирно рассыпалось горкой пыли. По крайней мере, именно так Кастер объяснила пропажу своего творения: перегрузка, угроза взрыва, предохранители, аккуратный распад. Учитывая, с каким грустным лицом Кастер ворошила носком сапога впечатляющих размеров горку пыли на полу своей мастерской, Пиггот поверила ее объяснениям. В конце–концов, куда и когда можно было успеть спрятать наверняка не маленькое устройство? Хорошо, что хоть одной маске все же пришло в голову подумать, что ее художества в итоге могут закончиться смертью. И ладно бы только ее.