Дорогая мамочка. Война во Вьетнаме глазами снайпера

— Вымой его, особенно обрати внимание на банки из-под пива и отправь ему его машину. Я возьму другой.

Мы оправились в другое здание, где была зона технического обслуживания, и уже там внутри Рэнди снял с гвоздя на стене доску. Его палец начал двигаться по перечню, где были перечислены автомобили с указанием их технического состояния.

— Ага, — произнес он, повесил доску обратно на гвоздь, и непринужденным жестом предложил мне следовать за ним. Мы шли между рядами грузовиков и джипов, которые находились на различных этапах ремонта. Он положил глаз на машину полковника и сел за руль.

— Поехали!

— Ты что, рехнулся? Джип полковника? Почему сразу не генеральский?

— Слишком очевидно.

— Слишком очевидно? — Я подумал о том, что скажет шкипер, если узнает, что я угнал джип полковника.

Перво-наперво мы оправились в столовую ВВС, где плотно позавтракали, а после направились в солдатский клуб. Он был закрыт до десяти утра, поэтому нам пришлось сорок пять минут сидеть и наблюдать, как перед ним растет толпа морских пехотинцев.

— Глянь на это, — произнес Рэнди. — Если клуб не откроется вовремя, то они разнесут двери в щепки.

Я посмотрел на него и улыбнулся.

— Они разнесут весь клуб в Ан-Хоа, даже если он будет открыт.

Клуб открыли вовремя, и толпа парней повалила туда. С помощью локтей мы пробрались к бару, купили пару банок пива и уселись за пустой стол. Не успели мы допить вторую банку, как за соседним с нами столом вспыхнула драка, и уже через несколько секунд человек лежал на полу, скрючившись от боли. Полдюжины мужчин набросились на пехотинца, который просто погрузил штык по рукоять в живот того парня.

Как только я повернулся к Рэнди, до меня дошел запах теплой человеческой крови.

— Рэнди, давай-ка выйдем на улицу и обождем.

Снаружи было еще жарче, но запах крови, — точно так же, как и другие образы, звуки и запахи войны, — рождал мгновенные ассоциации, такие как летящие мины и мины-ловушки. Мы отошли ближе к театру, в то время как двух морских пехотинцев увезли — одного в госпиталь, а другого — на гауптвахту.

Клуб быстро заполнился людьми, и нам не пришлось долго ждать, пока на сцену сядет вертолет, и на сцену выйдет девичья рок-группа. В течение следующих двух часов четыреста морских пехотинцев наслаждались выступлением, а когда шоу закончилось, мы поспешили к джипу.

Дежурство Барри заканчивалось, поэтому на обратном пути к автопарку мы остановились у военторга и запаслись большим количеством пива. Барри забрался в джип, и мы отправились в путешествие по Данангу так, будто это всё является нашей собственностью. Каким-то образом нам в течение почти трех часов удавалось ускользать от обнаружения, прежде чем нас тормознула военная полиция.

Вероятно, это была моя вина, так как мой головной убор сдуло, а синяя футболка помочь не могла. Мы пили пиво и весело проводили время, но военная полиция не была этому рада.

— Следуйте за нами! — рявкнул один из них. Пока мы близко двигались за их джипом, Рэнди казался слишком спокойным. Поскольку мы все были морскими пехотинцами, они отвезли нас в штаб берегового патруля и передали нас им. Когда они спросили, к какому подразделению мы относимся, нас сразу же разделили. Рэнди и Барри отвели на скамейку в задней части комнаты, мне же приказали стоять у телефона возле входа, а лейтенант прождал сорок пять минут, пока наконец не связался с моим шкипером в Ан-Хоа. Он кратко рассказал всё, повесил трубку, пошел в крайнюю комнату и вернулся с головным убором и зеленой футболкой.