В шаге от пропасти

В какой-то момент все пошло не так, как планировалось. Дымов потерял контроль над ситуацией и, чтобы спасти дело от провала, пожертвовал своей личной жизнью. Каждый раз, выбирая между работой и отношениями, он практически не задумывался — служба была важнее всего. И только сейчас впервые пожалел о своем решении. Он сделал все, что должен был — помог сбежать судье, вытащил Громова, закрыл злосчастный клуб, но разобраться с собственными чувствами так и не смог. В масштабах целой жизни он потерял больше, чем приобрел. Просто неверно расставил приоритеты.

У него было множество шансов наладить с Таней контакт, только он ими не пользовался, откладывал на потом, а они бесследно сгорали. Вся эта карусель длилась уже больше месяца и изрядно выматывала их обоих. Когда Стас наконец почувствовал, что готов сделать шаг навстречу, всплыло очень неприятное обстоятельство — Куликова, судя по всему, вернулась к мужу. Ревность застилала глаза, он ощущал себя полнейшим идиотом, но не мог мириться с таким положением дел. Срывался на Тане, придирался по любому поводу и всячески пытался показать свое недовольство, по-своему, как умел. Но в последний раз уже перегнул палку.

Вместо того чтобы поговорить и обсудить все, как взрослый человек, Дымов просто молча ушел. Выплеснул все эмоции, но не нашел в себе сил что-либо сказать, хотя бы попробовать объясниться. Наверное, боялся обнажить свою слабость и только потом понял, что этим самым выставил себя еще большим трусом, настоящей сволочью. Тогда он в последнюю очередь думал о Таниных чувствах, был слишком зол на нее, а сейчас вдруг осознал свою ошибку.

Решение позвонить ей далось крайне нелегко. Стас боролся с собой, с собственным эгоизмом и гордостью. Раздражался, распалялся, но неизменно приходил к выводу, что он должен, что так будет правильно.

Таня долго не брала трубку, монотонные гудки били по ушам, и Дымов уже собирался сбросить вызов, как на другом конце провода послышался знакомый голос, холодный и заметно уставший.

— Алло.

— Привет.

— Здравствуй, — все так же равнодушно.

— Как там Громов?

Стас медленно прощупывал почву, чтобы понять, в каком Таня настроении. Нельзя сказать, что его не интересовало состояние Тимура, скорее, он был уверен, что все без изменений.

— Сегодня была остановка сердца, — Куликова не стала скрывать этот факт и во избежание лишних вопросов сразу продолжила. — Откачали, сейчас все нормально уже.

— Что думаешь по этому поводу? Только честно.

Дымов переживал за друга, но адекватно смотрел на вещи и, в отличие от Романовой, готов был услышать правду.

— Будем надеяться на чудо, конечно. Но по опыту могу сказать, что с каждым днем шансов все меньше…

— Может, его перевезти куда-нибудь?

— Ну, во-первых, это исключено, он не перенесет. А во-вторых, помочь ему может только он сам.

— Я понял.