Во главе революции. Cверху

Именно эти мысли были в голове Николая, когда он вошёл в салон яхты, где его уже ожидали сербский король и капитан Дмитриевич. Николай особенно настоял, на его присутствии, на переговорах русского монарха с сербским королём Петром из династии Карагеоргиевичей. И в тот момент, когда Николай, в сопровождении Джугашвили, вошёл в салон, то оба находившихся в салоне серба оказались на ногах. И русский царь поприветствовал присутствующих, и, выслушав их ответные приветствия, произнёс, обращаясь к сербскому монарху:

– Тогда позвольте, мой царственный брат, представить вам этого молодого человека, Джугашвили, Иосиф Виссарионович. Прошу его хорошенько запомнить. Думаю, уже в ближайшее время личное знакомство с ним вам пригодиться. В том числе и вам капитан, – Николай выразительно посмотрел на Дмитриевича, а потом, перенеся взгляд на сербского короля, внимательно смотрящего на русского императора, добавил, – И предлагаю, нам с вами, мой царственный брат, присесть. Как говориться, в ногах правды нет. А разговор нам предстоит весьма непростой. А молодые люди пусть постоят, послушают и надеюсь, придут к определённому выводу. И, к моему сожалению, я не смог принять вас в своей резиденции, как планировал. Но буквально вчера международные обстоятельства заставили меня покинуть Россию. Что бы совершить длительный круиз. Дабы встретиться с другими монархами, и избежать большой войны в Европе. В том числе и против Сербии. Так что, увы, но сейчас мы сможем только побеседовать и попытаться решить, возникшие между нашими странами проблемы, сейчас. А потом яхта доставит вас в Белград. Или мой царственный брат желает сопроводить меня для встречи с британским королём, или императором Германии?

Король Пётр покачал головой, давая понять, что такое путешествие не входит в его планы. И два монарха направились к диванам. А когда они опустились на диваны, то Николай продолжил, прямо смотря на капитана Дмитриевича:

– Скажем так, я крайне недоволен событиями, что случились полтора года назад[145]. И вопрос тут не только в том, что с особой циничность погибла вся семья предыдущего монарха. В конце концов, это ваше внутреннее дело. Но мне интересно, что вы предполагали делать позднее, господин капитан?

Капитан Дмитриевич попытался было что сказать, но Николай не дал ему произнести не слово, понимая, что пока разговор находиться на стадии отрицания:

– Я знаю, что вы хотите сделать господин капитан. Но в результате вы, господин капитан, подставили и своего нового короля, и всю Сербию, под большие неприятности. И это не аллегория. Сейчас я попробую объяснить свои слова, – с этими словами Николай повернулся к сербскому кролю и обращаясь уже к нему добавил, – что бы вы мой царственный брат решили, что вам делать. Для этого я расскажу об одном моём договоре, с австрийцами, который был заключён в те времена, когда предыдущая сербская династия вручила Сербию влиянию Австро-Венгрии. И позиции этой династии казались незыблемыми. Так вот по этому договору Россия, не имея солидных союзников на Балканах, образно говоря, умыла руки. И что бы не провоцировать начало большой войны в Европе, в то время, отказалась от любой активности на Балканах. Не рассчитывая на кардинальное изменение ситуации на Балканах.