Долг – Отечеству, честь – никому…
- Автор: Сенча Виктор Николаевич
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: Алгоритм
- ISBN: 978-5-907351-10-3
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Долг – Отечеству, честь – никому…». Краткое содержание книги:
В ряде материалов читатель познакомится с редкими архивными материалами, связанными с судьбами героев. В четырех историко-документальных этюдах, объединенных единой военно-морской тематикой, автору удалось не только точно отразить особенности внутренней жизни и внешней политики Российской империи XIX–XX веков, но и раскрыть многие тайны, долгое время скрытые под грифом секретности.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
Генерал Козловский уйдёт в Финляндию одним из первых. В концлагере под Архангельском окажутся все его дальние родственники. Супругу генерала Козловского, Наталью Константиновну, приговорят к принудительным работам сроком на 5 лет с содержанием под стражей, сыновей – к году лагерей.
Седьмого вечером Кронштадт был обстрелян со стороны Лисьего Носа и с форта Красная Горка. Кронштадт огрызался редкими выстрелами с «Севастополя». Утром восьмого на штурм города по льду Финского залива бросили три тысячи курсантов. Едва раздались первые выстрелы, Ленин на съезде уже заявил: «…Это восстание… будет ликвидировано в ближайшие дни, если не в ближайшие часы». И в тот же день поставил вопрос об отмене продразвёрстки.
В «ближайшие часы» не получилось. Штурм был отбит. На окровавленном льду остались десятки безусых курсантиков в белых саванах маскхалатов.
Но кронштадтцы продолжали надеяться на мирный исход событий. Как только новость об отмене продразвёрстки, о снятии продотрядов и о разрешении свободной торговли докатилась до Кронштадта, в Питер была отправлена новая делегация во главе с членом Ревкома – матросом с линкора «Севастополь» Г. Перепёлкиным (отвечал в Ревкоме за агитационную работу). Этих парламентариев ждала та же участь, что и первых: арест и расстрел.
Вскоре прошёл слух: в Ораниенбауме взбунтовались красноармейцы – они не хотели воевать с «братишками». Троцкий негодовал!
– Расстреливать на месте всех паникёров и дезертиров! – брызгая слюной, пугал он собственное окружение. – Шире используйте заградотряды!..
Озверевшие комиссары отдали приказ расстрелять каждого пятого. Кончилось тем, что за один день расстреляли сорок одного красноармейца 237-го Минского пехотного полка. Тогда же расправились и с тридцатью тремя бойцами 235-го Невельского полка. Десятки человек оказались арестованными.
В ночь на 16 марта после интенсивного артиллерийского обстрела со стороны Ораниенбаума начался новый штурм крепости. Одновременно с севера и юга к Кронштадту в полной тишине двинулись войсковые колонны. В голове каждой шли ударные группы в белых маскхалатах, снабжённые перекидными мостками и штурмовыми лестницами. На салазках везли пулемёты.
Когда атакующих заметили, было поздно. Почти сутки шли ожесточённые уличные бои.
«15 марта во второй половине дня я выяснил в штабе обороны у заместителя Петриченко товарища Яковенко, что ревком организовал отряды прикрытия из всех частей гарнизона, которые в случае штурма крепости будут защищать ее, пока отходящие части не достигнут финского берега, – вспоминал кронштадтский матрос Иван Ермолаев. – 16 марта отряды прикрытия заняли свои позиции. Была приведена в боевую готовность артиллерия кораблей и фортов, и отход начался»11.
К утру 18-го Кронштадт пал.
Зададимся вопросом: как части Тухачевского смогли ворваться в Кронштадт? Каким образом они вошли в эту неприступную крепость?!
Судите сами. В распоряжении «мятежников» было два линкора, несколько других боевых кораблей, почти полторы сотни орудий береговой обороны, свыше ста пулемётов. О чём это говорит? Да о том, что, открой все эти орудия шквальный огонь по льду залива (благо, снарядов в кронштадтских арсеналах было немерено!), и вокруг острова Котлин образовалось бы ледяное крошево. На худой конец, взломать лёд можно было и расставленными с короткими промежутками минами. Всё. Ни о каком штурме (по крайней мере, до лета) уже не могло быть и речи.
Однако что-то матросам помешало устроить вокруг острова кровавую мешанину. Что же?
Кто-то виною всему называет бронебойные снаряды, из которых стреляли линкоры. Рассчитанные на крепкую броню, они, без труда прошивая лёд, уходили в глубь, оставляя на поверхности лишь небольшие воронки. Им вторят другие, утверждающие, что большинство опять же корабельных снарядов оказалось ненадлежащего качества, по причине чего многие из них, мол, просто-напросто не взрывались. Третьи уверяют, что, будь с матросами побольше грамотных офицеров, Кронштадт бы отстояли; но так как обороной руководили сами же матросы, отсюда и закономерный финал. (С началом боевых действий руководство Ревкома «за нерешительные действия» отстранило бывшего генерала Козловского от командования «восстанием».)
Зато мало кто ссылается на другое. Например, на нежелание проливать кровь. Свою и чужую – кровь вчерашних друзей и соратников. Именно поэтому, когда в Кронштадте узнали, что на X съезде партии приняли решение отменить ненавистную продразвёрстку (заменили продналогом) и разрешить «свободную торговлю», конфликт был исчерпан. Потому-то во время штурма на некоторых участках прорыва начинались братания моряков и красноармейцев – им нечего было делить, этим русским мужикам-землепашцам. «Братишки» явно не желали стрелять друг в друга.