Пура Менте

Аурум хватал ртом воздух, думая, что сошел с ума. «А если Пура Менте специально дал лазейку? – пытался объяснить увиденное Аурум. – Вдруг это дезинформация? Какие еще инопланетяне, какие цитане? Кто это?!» Сумасшедшая чушь, которая все-таки легко может оказаться правдой.

Аурум нашел декодер для языка цитан и стал читать восхищенные разговоры Пура Менте с инопланетянами. Надо отдать им должное: у цитан для всей цивилизации был общий язык. Сделай также земляне, стали бы разностороннее и психологически мобильнее. Информация полилась каскадным водопадом: отовсюду, громко, с брызгами, быстро складываясь в общую картину – в широкую полноводную реку предстоящей катастрофы.

По разговорам, по представленным цитанами для Пура Менте исследованиям, по образцам культуры быстро складывалось впечатление о внеземной расе: умные, высокоморальные, самодостаточные. Они никогда не создавали ни религий, ни искусственного интеллекта, а из-за многовекового отсутствия войн инженерное искусство конструирования оружия пришло в упадок. Как и старая остывающая планета.

Цитане вместе с Пура Менте просчитали – вот куда уходило столько вычислительных мощностей – что если ИИ останется на стороне людей, то через двести лет неизбежна война на уничтожение между людьми и цитанами. Аурум заподозрил вброс изначально искаженных данных. Возможно, Пура Менте руководствовался не холодной логикой, а симпатией к цитанам, когда выбирал ветви на древе вероятностей. Инопланетяне, как любой выживший вид, смотрели на угнетение людей со здоровым эгоизмом фермера-скотовода.

Аурум увидел, как Пура Менте и цитане сухо, оперируя цифрами, разрабатывают план по заселению Земли и гуманному сохранению человеческого вида. Аурум и Вероника с дрожью прочитали ультиматум, который люди, под видом переговоров, услышат через тридцать часов.

Пура Менте напоминал пса, сбрендившего от потери хозяина и вновь его обретшего в похожем человеке. Аурума мучил вопрос: «Почему Пура Менте не сказал людям обо всем напрямую? Зачем сугубо человеческий обман? Это стратегия… стратегия безжалостного террора». Он стал уверен в своих силах и силах цитан только теперь, когда основной запас оружия людей либо уничтожен, либо под его властью, и армада кораблей пришельцев влетела в Солнечную систему.

– Если Герман расскажет сейчас, то возможны два исхода, – медленно выговорил Аурум, невидящим взглядом уставившись на Веронику. – Массовая паника или свержение Германа как завравшегося дурачка с пьедестала доверия и обожания.

– Нечего терять, – прошептала Вероника. – Уже ничего не исправить и никак не навредить.

Аурум увидел один из кусочков мозаики подготовки передачи Земли во владение цитан. При крупной утилизации баллистических ракет роботы, подчиняющиеся только ИИ, вывезли их на полигон, бахнули для вида снаряд, а остальное оружие спрятали в бункер неподалеку. Еще часть под видом научного оборудования погрузили на космический корабль. Он был выведен на дальнюю орбиту Земли и переоборудован в боевое судно.

Аурум схватился за голову. «А не моя ли кампания против Пура Менте вынудила его принять сторону инопланетян? По датам сходится, полномасштабный переезд цитан начался вместе с восходом звезды Германа. Не я ли показал ему, что мы твари неблагодарные? Он это и так знал, но я насильно, на одних домыслах, создал суперпопулярного болванчика, опошляющего каждый шаг великого коллективного разума, от которого зависело благосостояние человечества. А теперь – жизнь человечества. Вдруг он колебался? А я подсказал ему решение».