Дети Магнолии [litres]

– Скажи, Ива, а Виолетта Ди Гран какая сама по себе? – спросила девушка, когда они с юной спутницей поднимались по главной лестнице. Звук их шагов полностью утопал в тонком ковре, делая их путь совершенно бесшумным.

– Она… – девочка запнулась и попыталась собраться с мыслями. По лицу её было видно, что даётся ей это не очень легко. Ива нахмурилась и смотрела куда-то в пространство. На мгновение она даже остановилась, но затем снова продолжила путь и произнесла неуверенно, – она…очень необычная. Так говорит мадам Сапфир.

– И что, по-твоему, мадам Сапфир имеет в виду?

– Виолетта не очень любит бывать на улице, – пожала плечами Ива и вместе с одним из изгибов лестницы повернула направо. Конни неторопливо шла с ней вровень. – Она очень бледная и не очень разговорчивая. Иногда она молчит по несколько дней к ряду, но мадам умеет её расшевелить, если нужно. К приходу гостей там…или еще чего…

– И часто здесь бывают гости?

– Захаживают, – запросто ответила Ива. Света стало заметно меньше – они шли по коридору без окон, который освещался лишь редкими настенными светильниками в форме свечей, но затем снова оказались в просторном и светлом помещении. Многие комнаты второго этажа оказались сквозными и полупустыми. Как пояснила Ива, за пару лет до смерти Август Ди Гран начал масштабные ремонтные работы, и в этот период были отреставрированы многие помещения, но скончался хозяин дома раньше, чем многие из них удалось заново обставить мебелью.

– Моя мама всегда говорила, что ремонт ещё надо как-то пережить… – вздохнула Конни и тут же ощутила легкий аромат краски.