Осколки Хаоса. Восток [litres с оптимизированной обложкой]

И Университет стоял на своем месте вот уже без дюжины лет четыре столетия. И за это время стал самым крупным из всех, что находились за пределами Империи. Тому была причина, и вполне очевидная. Город Колонн охотно привечал жителей со всех Осколков и с самого Благословенного Края. Никаких требований к желающему стать полноправным гражданином не предъявлялось. Достаточно было придерживаться существующих законов и приносить пользу городу. Или, по крайней мере, не вредить. Происхождение и вера не имели значения, как, в общем-то, и прошлое. Официально Сенат был обязан выдавать сбежавших в Кольцо имперских, союзных и республиканских преступников. На практике же это происходило только тогда, когда городские власти видели в том большую выгоду. Особо неприятные экземпляры, не сумевшие понять, что в новом доме нужно вести себя прилично, порой исчезали среди бела дня или погибали в несчастных случаях самого разного толка. И только.

Кольцо к тому же было крупным торговым центром, пожалуй, самым крупным торговым центром за пределами Благословенных Земель. Конечно, Островная Республика тоже могла похвастаться большими рынками и вольными нравами, а правители тех мест одинаково благосклонно относились ко всем, кто достаточно платил. Но лишь до поры. Никто не скрывал того факта, что, по сути, республиканское правительство – лишь фикция, подконтрольная Империи в случае по-настоящему серьезных заварушек. Город Колонн же признавал только деньги и желал для своих граждан одного лишь процветания и своевременной уплаты налогов, потому здесь пересекались дороги самых разных людей с самых разных уголков мира. Ни одна армия не была способна взять это непостижимое место штурмом, да и осада была бесполезна – запасов продовольствия и собственных ферм, под которые были выделены отдельные Кварталы, в городе было предостаточно. С самого своего заселения Город Колонн предпочитал оставаться нейтральным во всех конфликтах, и, пока местным властителям это удавалось, пусть и не раз и не два приходилось с осторожностью лавировать между интересами восточных баронов и имперских политиков.