Чулан под лестницей

Уточнил интересующие меня вопросы. Выяснилось, что «официальный представитель» — этакий коктейль из поверенного и наставника. В отличие от усыновления или опеки, представитель практически не имеет власти над подопечным, действует исключительно в рамках одобренного представляемым. Сам институт представительства существовал в рамках закрытой группы древних и древнейших родов, когда в случае неполной дееспособности по возрасту или здоровью последних членов рода, представитель представлял их или его как заместитель, плюс если подопечный несовершеннолетний — наставлял в общих дисциплинах, не будучи допущен до тайн рода. Назначить же мне опекуна или же усыновить меня не мог никто — тайны Рода, независимость, да и существование Рода было во власти опекуна. Опекуном мог стать лишь старший член рода. Усыновитель же автоматически из рода выводил.

На вопрос о Лонгботтомах меня просветили о недееспособности оных и отказе представителя выполнять их обязательства по отношению ко мне. На вполне логичный вопрос о моем представителе — кто такой, почему не знаю, и как он представляет интересы человека, которого даже не видел — МакГонагалл тонко подметила, что моего интеллекта не хватит для понимания всей необъятности добра и благ, вываленных на меня этим «Великим человеком». Амбридж же сказала, что если я не доволен исполнением обязанностей — имею полное право направить в Визенгамот свою кандидатуру. Погоревал по поводу бедственного положения Верховного Чародея Визенгамота, которому придется снимать с себя полномочия поверенного из–за ненадлежащего исполнения обязанностей.