Фиктивная невеста для миллиардера

— Вашу? - порочно улыбается он. - Да к черту мою рубашку! - и прижимает меня к себе.  Артур наклоняется и снова впивается в мои губы. Я разжимаю рот и впускаю его язык, отвечая ему с той же страстью. К тому моменту, когда он отрывается от меня, мы сидим на песке, а я уже не могу думать ни о чем, кроме его губ и рук, сжимающих мое тело. И жажду продолжения. И в чувство не приводят никакие мысли о последствиях и что повлечет за собой эта вспышка страсти. Я впервые хочу мужчину. И с такой силой, что мозги больше не соображают. И кажется не я одна? Почему-то эта мысль заводит меня только сильнее.  Артур стягивает с себя пиджак и бросает его на песок. Я оказываюсь на нем, а он произносит сдавленным голосом:  - Я же сейчас подпорчу твой внешний вид. По прежнему хочешь? - он тяжело дышит, я ему в унисон и тяну к нему руки.  О чем он таком говорит? Неужели он еще может остановиться? Такая мысль просто не укладывается в голове. Поднимаю руку и мягко провожу по его напряженным плечам, тянусь к пуговичкам на его рубашке. Мне важно прикоснуться к нему. Чтобы кожа к коже. Не знаю откуда взялась эта решимость, но я понимаю, что хочу переступить эту грань, узнать что за ней. Прямо сейчас, пока не растеряла остатки решимости, пока это взгляд держит меня в кольце распутного огня.  Все остальное будто растворяется, я не помню кто кого раздел. Мы делаем это одновременно. Его глубокие и жадные поцелуи на корню давят даже малейшие вспышки моих сомнений. Кажется, он сам на грани и мы оба не осознаем, что происходит. Спина касается мягкий ткани его пиджака, он нависает надо мной, не переставая глубоко целовать, ласкать языком и руками. Я вдруг дергаюсь в его руках от мысли, что нас может кто-то заметить, но все отступает на второй план, когда он накрывает меня своим телом. Одно движение вперед и наши тела становятся единым целым. До боли прикусываю его губу, даже сквозь темноту окатывающую нас вижу как зло поблескивают его глаза.  - Ты невинна? - Коротко киваю и с его рта вырывается ругательство. - Предупреждать же нужно, Маша, - и снова обжигает мои губы поцелуем.  Всхлипываю и обнимаю его крепко за шею. Мир ускользает, я не могу схватиться за него и лечу в глубокую пропасть. Он снова целует меня и мы еще какое-то время лежим в объятиях друг друга восстанавливая дыхание.  Я поправляю одежду под пристальный взгляд Манапова. Он сосредоточен и серьезен, а меня это почему-то начинает нервировать. Эмоции захлестнувшие разум, постепенно сходят на нет.  - Я потерял контроль, - будто злясь на себя, произносит он. - Нужно было предохраняться. - В каком смысле? - помертвевшими губами переспрашиваю я.  Манапов молча берет меня под руку и ведет обратно к ресторану. Подводит к машине и открывает передо мной дверь. Я сажусь, наблюдая, как он своей легкой походкой обходит ее и садится рядом. Просит водителя остановить у ближайшей аптеки.  - Если в первые семьдесят два часа принять таблетку, последствий можно избежать, - говорит он, а я чувствую, как что-то вонзается мне в сердце.  Ни мне, ни Манапову эти самые последствия не нужны, но ведь можно сказать об этом как-то помягче? Как-никак я ему только что девственность подарила.