Королевская отравительница [litres]

Стук сапог привлек внимание Оуэна. Быстро приближался, хрипя на ходу, морщинистый старик с дочерна загорелой кожей – высокий, толстый, с лысой макушкой, испещренной коричневыми пятнами, но его уши и шею окружали густые курчавые волосы. Он носил королевскую ливрею, черную с золотом, с эмблемой вепря.

– Глянь на ся, – насмешливо сказал он Лионе. – Стоишь бездельно пред ужином?

Оуэн всегда напрягался, чтобы понять людей с сильным северным акцентом. Как будто они слишком спешили, чтобы произнести все слоги в словах.

– Когда пирог с перепелиных яйц для хозяина приготовишь? Иль не начала?

Глаза Лионы сузились.

– У тебя нет дел, Бервик, что ты лезешь ко мне на кухню?

– Вмешался б, если б он осерчал. Хозяин нетерпелив и лентяев не любит.

– Называешь меня лентяйкой? – спросила она, ее голос стал жестче. – Ты представляешь, сколько нужно времени, чтобы накормить обитателей дворца такого размера? Сколько хлебов мы выпекаем за день?

– Пятьсот шесть, – сказал он с усмешкой и щелкнул пальцами. – Я подсчитываю мешки с мукой. Учитываю яйца и дрожжи. Я дворецкий короля и управлял его замком на Севере…

– Который был намного меньше этого, могу напомнить тебе, Бервик!

Оуэн уставился на высокого дворецкого. От него пахло чем-то странным – возможно, капустой.

Его взгляд привлек внимание старика.

– А это что за щенок? Еще чей-то папаша провалил дело?

– Это сын герцога Кискаддона, – сказала Лиона, притягивая Оуэна к фартуку. – И он не щенок, грубиян эдакий, а благородной крови.

Дворецкий с удивлением посмотрел на Оуэна.

– Пфе! – пробормотал он. – Малыш Кискаддон! Тогда мне его жаль. Старший брат закончил рекой.

Лиона явно рассердилась:

– Он подопечный короля. Что в этом жалкого?

Дворецкий фыркнул:

– Подопечный? Думаю, нет. Он заложник короля. Просто немного поболтал с герцогом Хорватом, прекрасным могущественным лордом, он ворочается на Север. Дни парня сочтены.

Выражение лица Лионы стало жестким, она побледнела.

– Прекрати подобные речи, – сказала она сердито. Жестом пригласила Оуэна сесть на ближайший ящик, а затем подошла к Бервику и о чем-то тихо заговорила с ним.

Оуэн сидел на ящике, и его радость от того, что он нашел кухню, стала угасать. От угроз снова разболелся живот. Несмотря на то что кухня была уютной, теплой и так чудесно пахла хлебом, он не мог отвести глаз от шпиля, похожего на кинжал, виднеющегося из окна. Казалось, король наблюдает за ним даже здесь.

– Следи за речами, ведьма! – сердито сказал Бервик. – Хозяин может вызвать нового повара с Севера, и что ты будешь делать? Но если ты не будешь спорить и сделаешь, как я говорю, все у тебя будет. – Он мрачно посмотрел на Оуэна и покачал головой, как будто мальчик уже был холодным куском дохлой рыбы.

Глаза Лионы вспыхнули гневом, когда она вернулась, энергично вытирая пальцы о передник. Быстро пробормотала что-то себе под нос.