Шторм в тихой гавани [litres]

– Как убитая, – призналась Ксения.

– Я сегодня собираюсь поехать в город, – проговорила Руднева, – если хочешь, можешь поехать со мной.

– Нет, я, пожалуй, останусь, – ответила Ксения, – ведь я только вчера приехала.

– И то верно, – согласилась тётка.

Сразу после завтрака Ксения вышла в сад и едва сошла с основной дорожки, как увидела парня, поливающего цветущие пионы.

– Здравствуйте, – приветливо поздоровалась она.

– Доброе утро, – откликнулся он не сразу, а потом спросил: – А вы кто?

– Я Ксения Моравская, племянница Ады Константиновны. Приехала вчера погостить.

– А меня вчера как раз и не было, – улыбнулся он, – меня зовут Саша, я тут садовником работаю.

– Очень приятно. Какие красивые пионы!

– Вам нравятся? – и парень сам расцвёл, как пион.

– Очень! Я вообще люблю цветы, – призналась Ксения, – любые.

– Так уж и любые? – не поверил он.

– А почему нет? Ведь каждый цветок хорош по-своему.

– Готов в этом с вами согласиться. Но далеко не все разделят наше мнение.

– Это их проблемы, – улыбнулась Ксения.

– Это точно! А можно вас попросить?

– О чём? – удивилась Ксения.

– Не могли бы вы, когда будете возвращаться в дом, захватить с собой букет. А то звонила Тамара и сказала, что Ада Константиновна велела заменить букет из пионов в гостиной.

– Ну, конечно, захвачу! – охотно откликнулась Ксения на такую просьбу. – Мне же не трудно.

– Только не забудьте, – попросил он.

– Не забуду! У меня память хорошая, – улыбнулась она и спросила: – А у вас здесь есть какой-нибудь пруд?

– Есть, даже два. Одно озеро за вашей спиной, оно небольшое.

– Где?

– За деревьями. А ко второму вы придёте по этой дорожке. Прямо до кустов бульденежа, а потом налево.

– Спасибо! Там большой пруд?

– Там зеркальное озеро. В нём даже карпы водятся.

– Правда, как здорово! – И Ксения заспешила в указанном ей направлении.

Озеро, к которому она пришла, на самом деле казалось зеркальным. Но первыми она заметила не карпов, а стремительно пролетающих над водой стрекоз. Их было так много, что, казалось, от их слюдяных крыльев, отражающих солнечные лучи, искрился весь воздух вокруг. Ксения чуть в ладоши не захлопала от восторга. Но вовремя удержалась от столь бурного проявления эмоций, боясь спугнуть насекомых. Зато лягушек она всё-таки распугала. Заслышав её шаги, квакушки, гревшиеся на берегу, попрыгали в воду. И теперь одни из них просто лежали, распластавшись на поверхности, а другие сидели на листьях водных растений.

Наконец, присмотревшись, Ксения увидела и лениво проплывающих рыб, чешуйки которых на солнце переливались, как драгоценные камни. Если смотреть на них сквозь толщу воды, то кажется, что кто-то щедрой рукой рассыпал там блики. «Интересно, – подумала Ксения, – они их ловят или нет? Ведь карп – рыба плодовитая и может заполонить весь пруд». Она вспомнила, что и название карп получил от греческого слова «плод» как раз за свою необычайную способность быстро размножаться. Собственно, до XII века никакого карпа в Европе и не было, а вывели его в Китае как разновидность сазана. Ксения пожалела, что не захватила с собой хлеб, ведь, как известно, карпы любят покушать и едят почти всё, не зря же их называют «всеядными водяными». Она решила, что завтра придёт к пруду с угощением для рыб.