![Контраходцы [ЛП, демо-фрагмент] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/3/9/0/4/7/kontrahodcy-lp-demo-fragment-download.jpg)
Контраходцы [ЛП, демо-фрагмент]
- Автор: Дамасио Ален
- Год: 2022
- Язык: русский
- Переводчик: Аcта Зангаста
- Жанр: Научная фантастика
Электронная книга - «Контраходцы [ЛП, демо-фрагмент]». Краткое содержание книги:
Они вышли в путь подростками и уже оставили за плечами два десятка лет и тысячи километров бездорожья. Среди них геолог, ботаник, трубадур, кузнец, лекарь, охотники... все, кто нужен в отряде, чтобы обеспечить себя в походе пищей, оружием и вещами обихода, всего два с половиной десятка человек. Они держатся под ураганами, сравнивающими с землей целые поселки. Они — 34-я «Horde du Contrevent», Орда, Идущая Против Ветра, соль этой земли и ее легенда.
Хватит ли их сил, хоть и далеко немалых, чтобы пробиться сквозь ледяные бураны ущелья Норска к Истокам Ветров? Что лежит за ними?? Да и дотуда еще нужно суметь дойти живыми — мир ветров опасен и не прощает оплошностей...
— Шагай себе, идиот!
— Осторожно!
π Сокольник поскользнулся, из-за чего упали Степ и Аой позади него. Он встает, не говоря ни слова. Его прекрасно скроенная одежда покрыта глиной. Он возвращается на свое место с края. Происходит еще несколько падений, прежде чем Голгот, бешено сосредоточась, натянутый, как трос, наконец не вынюхивает ровный скальный выход, на котором всем становится легче. Особенно настрадались крюки, но держатся. Ни Кориолис, ни Свезьест не смогли бы развить тягу для вязнущих саней с такой скоростью в этих условиях на местности, как близнецы Дубка, мощь братьев впечатляет. Как и Барбака, теперь много лучше видно, насколько незаменима его опытность как буксира.
) «Связаны», — сказал Голгот, — «повязаны кишками». Нет, это я подсунул ему в прошлом месяце. Удивительно, как некоторые слова проникают к нему под панцирь и там пристраиваются, а затем появляются спустя долгое время уже усвоенными. «Повязанные». Мы никогда не узнаем, к чему бы это. Не останавливаясь, я оборачиваюсь и ищу Аой, мою маленькую капельку, такую легкую, шатающуюся под дождем, за ее плечом я нахожу Каллироэ, желтовато-коричневый мазок цвета, такую же хрупкую, огонек, который может задуть малейшим шквалом, я поглядываю на Свезьеста, который слишком далеко отстает, чтобы я увидел, если его снесет, и как следует защитил. Я перекидываюсь словом с Пьетро, который воодушевляет отряд — безупречно, ни тени ожесточения, — он в самом деле наш принц и им остается, безо всякой кичливости, благодаря ему орда все держится и держится — несмотря на Голгота с его необузданностью.
π Дождь полностью прекратился. Песок сохнет с невообразимой скоростью. Куда бы я ни посмотрел, ни следа гавани. Я уже ничего не знаю. Я уже не знаю, стоило ли нам доверять Караколю. Боюсь катастрофы. С неба падают первые медузы. Мы нашли их на земле, огромных, распотрошенных — знак того, что ветер усиливается и на высоте. Короче, скоро начнется... Голгот нисколько не колеблется, он потребовал, чтобы мы связались, шеренга за шеренгой. Он положился на видение Караколя и держит курс по компасу. Он больше не старается тщательно выбирать трассу, поскольку нам все равно больше ничего не рассмотреть. Воздух летит оранжевой массой. Крупнозернистый поток, трещащий на груди, стучащий по голове. Мы надеваем кожаные балаклавы и еле открываем глаза, когда они начинают чуточку жать. Нужно приготовиться к нырку, если объявится волна. Я примечаю малейший кусок скалы, малейшую подходящую впадинку. Будь готов, будь готов, если что-то взорвется… броситься животом на землю.
— Мы можем спрятаться там!
— Где?
— Там, справа, за валуном!
— Там и трое не влезут!
— Продолжать надо!
— Мы туда доберемся, тростинки наши, гавань нас ждет!
— В задницу, нам ни за что не успеть вовремя! Надо залечь!
— Никому не залегать! Хвосту сомкнуться!
— Аой отрывается... Держите ее крепче...
— Опять впадина! Хорошая впадина! Голгот!
— Он тебя не слышит, Леарх! Ему ничего не слышно!
— Эй вы, в Стае, что разорались!
) Мой голос их наконец присмиряет. Чуть-чуть. В путевых дневниках, которые я читал, учась на писца, фурвент всегда занимал особое место. Он остается активным и непредсказуемым символом смерти. С ним сталкивалась каждая из орд — иногда по целых семь или восемь раз, и каждый писец пытался, в меру своих знаний и умений, извлечь уроки, которые могли бы спасти будущие орды. Это уроки странные, порой сумасшедшие, чаще глубокие и здравые. Они все волнуют этим трогательным приношением, этой ниточкой, которую на кончиках пальцев они протягивают будущему. Как будто даже развеянные, даже сокрушенные, орды все еще глубоко внутри хранили сросшуюся с верой надежду, что одна-единственная из них, позже, дальше, возможно, через столетия и столетия вверх по времени[8], благодаря сложившимся воедино подвигам других, наконец, достигнет Предельных Верховий, и это будет им оправданием — что бы им ни удалось свершить — раз и навсегда. Силы этой связи никогда не познать ни одному убежищному, ни одному фреолу. Она — это то, что поднимает нас каждый день, как поднимается Ветер. Это то, что нас заставляет выпрямляться под градом, под выматывающим дождем, лицом к лицу с порывами стеша — не шатаясь, не ломаясь. Она — то, из-за чего мы ни за что не сдадимся, чего бы это ни стоило, потому что за нами стоят верящие в нас, эти гордые мертвецы, которых мы будем чтить до конца не потому, что они погибли, причем как герои, а потому, что в них жил этот дар, эта яростная уверенность, которую они внушали нам, даже не представляя, на что будут похожи наши лица или наши тела, или наш собственный поход. Что они знали, так это то, что известно и нам: что умирают ордынцы, а не боевой дух. Нам достаточно увидеть поводящую мордой к ветру горсу, или сопротивляющийся порывам самшитовый куст, чтобы инстинктивно понять, в какой стороне лежит мужество. «Жив тот, кто выпрямился и встретил в лицо. Никогда не повертывайся назад, кроме как поссать», — гласил отрывок из дневника 19-й Орды. Мы вышли из Аберлааса, Предельных Низовий, двадцать семь лет назад. Нам было по одиннадцать лет. И мы ни разу не повертывались назад.
8
Во всей книге обыгрываются направления течения реки «aval» и «amont» — «вниз по...» и «вверх по...», применительно к ветру; здесь же — ко времени.