Блок №667
- Автор: Горюхин Юрий Александрович
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Контркультура
Электронная книга - «Блок №667». Краткое содержание книги:
Автор – главный редактор журнала «Бельские просторы». Финалист премии Белкина. Дважды финалист премии имени Юрия Казакова. Лауреат премии им. Ст. Злобина. Шорт-лист премии имени Бажова. Шорт-лист Чеховского конкурса «Краткость – сестра таланта». Заслуженный работник культуры РБ. «За высокие творческие достижения в области литературы» награжден Почетной грамотой Республики Башкортостан.
– Чтобы никто не шевелился! Чтобы никто не шелохнулся! Чтобы никто и ничего! Потому что надзиратель будет проходить!
Ротербанд вылетел из камеры, и через какое-то время в нее быстро вошел стражник Кирпич и крикнул:
– Если кто издаст звук, когда будет проходить надзиратель – я за себя не ручаюсь, я вам мигом, в конце концов!
Кирпич быстро вышел из камеры и немного погодя в нее заглянул охранник Младший и сказал:
– Сейчас надзиратель совершает обход, и я предлагаю всем вести себя прилично, тем более что камера на плохом счету.
Младший тихо вышел, и почти тут же в камеру шумно ввалились надзиратель Афрон, охранник Гендевит, опять же охранник Младший, стражники Кирпич, Ноль, Закир, Лымарь, Дрон и раздатчики Ротербанд и Люциус. Афрон, притоптывая и в каком-то смысле приплясывая, пробежался по периметру камеры и резко остановился перед Младшим:
– Это и есть хваленая камера номер восемь с двумя трупами между моими обходами?
– Да, эта она.
– Кто основной в камере?
Кирпич бросился к Джиму и ткнул в спину ему дубинкой:
– А ну мигом! Это! В конце концов!
Джим поднялся, расправил плечи и сурово глянул на Афрона.
– Какой здоровяк. А почему он не участвует в моих соревнованиях борцов?
– Он не проходит даже предварительный круг: его всегда дисквалифицируют за неспортивное поведение.
– Жаль.
Афрон еще раз оглядел обитателей камеры номер восемь, потом подошел к Мальчику, улыбнулся, поправил ему смятый воротничок рубахи и повернулся к впавшему в безвозвратное недоумение Колпаку:
– Как? Ты еще живой?
– Э-э…
– Это же долгожитель камеры номер восемь!
– У-у…
– Я вижу, ты немного сбавил обороты в последнее время?
– Ы-ы…
– Ну, ничего, Мосол, мутный разум – это не так уж и плохо, как может казаться со стороны.
– Ъ-ъ…
Мосол чуть не задохнулся от возмущения, больно ущипнул Мальчика и забрызгал ему в ухо горячей слюной:
– Мальчик! Как же так, Мальчик! Ведь он – это не я! Мальчик! Я же здесь!
– Откуда ты знаешь, Мосол, где ты.
– Нет, Мальчик, скажи, что теперь делать? Я убью этого Колпака!
Младший поднял подбородок и спросил Кирпича: что за шелест в камере, Кирпич в произвольном направлении показал кулак, а Афрон снял с рукава Гендевита белую нитку:
– Нормальная камера. Мослу выдать надзирательский паек и проследить, чтобы он съел его сам. Младшему, или, нет, Гендевиту, а лучше обоим сразу лично проконтролировать и доложить.
Услышав про надзирательский паек, Мосол часто задышал и, перестав ощущать действительность, шагнул вперед:
– Это я Мосол! А он – Колпак! Это я долгожитель, а он – старый хрыч! Это я!..
Мослу удивились все, а Кирпич в изумлении даже выронил дубинку. Афрон подошел к полыхающему справедливым гневом Мослу и застегнул ему на груди пуговичку:
– Что ж, открывшиеся обстоятельства совершенно меняют мой приказ, а по сему: Колпаку выдать надзирательский паек, Младшему и Гендевиту лично проконтролировать и доложить выполнение приказа. А Мослу за бдительность объявляю надзирательскую благодарность!
Афрон немного посмеялся, в такт ему посмеялись охранники, стражники и раздатчики. Афрон оборвал смех, тут же оборвали смех охранники, стражники и раздатчики, только Дрон, увлекшись, гыкнул на раз больше положенного и охранники, стражники и раздатчики подумали, что Дрон уже давно не соответствует занимаемой должности.
– Мальчик…
– Мосол, ты наверно очень рад, что тебе достались не жалкие сдобные мучные изделия, а поднимающая дух до фонаря в потолке высокая надзирательская благодарность?
– Эх, Мальчик, Мальчик…
9
В камере было тихо, поэтому чавкающие звуки Колпака хорошо прослушивались на самых отдаленных нарах. Колпак сидел за столом и быстро отправлял себе в рот из шуршащего пакета какие-то вкуснопахнущие предметы. Напротив Колпака сидел Младший и с отвращением следил, как половина пищи, запихиваемой Колпаком в себя, вываливается обратно. Гендевит маятникообразно вышагивал за спиной Младшего, Дрон сонно ковырял в носу, Закир смотрел в затылок Младшему, а Ротербанд поворачивал голову по ходу движения Гендевита. Когда Колпак проглотил последний кусок, Младший быстро и облегченно встал, Гендевит вопросительно остановился: «Все?», Закир и Ротербанд выпрямили спины, а Дрон вынул из ноздри палец.