Успеть схватить (СИ)

*Когда в душе поют все ангелы поднебесья…Когда от счастья теряешься во времени и пространстве… Когда кажется, что сердце переполнено до краёв, как чаша сладким киселем, а словарного запаса не хватает, чтобы описать чувства…Именно тогда больше всего и хочется их описать, хочется поделиться этим счастьем - зачерпнуть ложкой переливающееся с краев и раздать всем близким и просто попавшим под руку.Игорь поймал себя на этом желании, когда пообедавшего Серого Михалыч забрал работать.Поделиться своим счастьем было не с кем, Серый сегодня вернётся поздно, а два закадычных друга были далеко и вообще не в курсе произошедших в жизни Игоря перемен.Но телефон уже лежал в руке, а палец выбивал СМС: “Хочу мяса! Давай шашлычка замутим?”Ответа он не ждал, Серому не до телефонных разговоров во время работы. Вот вернется, тогда и поговорят. Перед глазами возникла увиденная вчера картина - голый по пояс хохленок, в рваненьких коротких шортах, заляпанных бетоном, совковой лопатой засыпал в бетономешалку строительную смесь. Потная, сверкающая на солнце кожа, ловкие движения рук и красота напряженных от работы мышц намертво приковали взгляд подвисшего Игоря. В голове не было ничего, кроме звенящего: “Хорошш… Мой…”Пришел в себя только когда заметивший его Серый понимающе усмехнулся и стрельнул глазищами из-под повязанной на голове банданы в сторону работающего рядом Михалыча, мол, не пались. Сегодня они заканчивали и сдавали свои труды пансионату, поэтому Игорь с Серым не планировали вечером никуда ехать.Телефон лежал в ладони, душа пела и кричала, и вот уже пальцы побежали по кнопкам, набирая номер, выбитый в памяти как в граните. - Алло. Привет, мам, это я…Серый плелся усталый, но довольный. Пансионат с ними полностью рассчитался, а экономный дядька еще и выторговал себе остатки материала, чтобы зимой, в безработицу, заняться собственным домом. Завтра выходной, а значит, целый день с Игорем. А ночью на рыбалку и с утра с рыбой на пляж, как обычно.Идея пожарить шашлык была им полностью одобрена, и он нес с собой десяток выданных ему Михалычем шампуров. Старый чугунный мангал уже давно стоял в огороде без дела, Серому просто без надобности было им пользоваться, все пиршества проходили дома у тетки, а мясом и рыбой полностью заведовал добряк дядька. Серый толкнул калитку и, уже подходя к дому, понял, что шашлык сегодня отменяется. Игорь сидел за столом и задумчиво водил пальцем по запотевшей пивной бутылке. Хмурое лицо со сведенными бровями, сжатые губы и невидящий взгляд, будто маска скрыли под собой человека, которого он оставлял сегодня дома. Серый подошел ближе и позвал: - Игорь, я вернулся. Игорь перевел на него взгляд и, покивав каким-то своим мыслям, невпопад ответил: - Серень, я домой уезжаю.Звон рассыпавшихся шампуров вывел Игоря из задумчивого состояния, и он грустно ответил на вырвавшийся у Серого возглас: - Сейчас?!! - Нет, конечно. Ну что ты. Завтра зови Веру Васильевну с Михалычем, я проставлюсь на прощание, шашлык опять же… Серый, сядь! Сядь, говорю и успокойся. Мне надо ехать. - Почему, Игорёк? - Серый плюхнулся на лавку и обреченно налег корпусом на столешницу. - Что за срочность такая? - Я сегодня с мамой разговаривал, Сереж. Она встревожена очень, просит вернуться. - Что-то случилось? - Не знаю. Мой бывший на днях приходил к родителям и о чем-то разговаривал с отцом. - И что? Ему просто не хочется тебя терять, вот он и ищет возможность связаться с тобой через родных. - Нет, всё не так просто, милый. Такие дела лучше проворачивать через женщин, они на жалость и эмоции падки, а Тик разговаривал с отцом наедине. Мать говорит, как ни выпытывала, отец ей ничего не рассказал, но весь день хмурый ходил, злой. Всё не так просто, Серень, - Игорь глотнул пива и отставил от себя бутылку. - Тик моего отца всегда стороной обходил, а тут сам приперся, да еще после всего… - Позвони отцу и спроси в чем дело! - Звонил. Говорит, не телефонный разговор, и ждет меня дома. Надо ехать, милый. Слишком много хвостов мне надо закрыть. Тик, он ведь не просто “бывший”, он… Не важно. Что там у тебя? Шампуры? Отлично. Завтра с утра закупимся и пожарим. Звони родным, приглашай.Но Серый лишь сидел и молчал, тоскливо рассматривая что-то у Игоря в лице.Одно дело знать, что когда-нибудь всё закончится, совершенно другое - понять, что это “когда-нибудь” уже наступило. Хмурое утро, как в довершение картины общей тоски, нагнетало обстановку тяжелыми темными тучками.Даже горлопан-петух сегодня не высовывался из курятника, видать, втихомолку потаптывая свой гарем.Игорь загрузил вещи в машину и уставился на сидящего за столом Серого.Выехать решено было после обеда, чтобы границу проезжать ночью, не тратя время на длиннющую очередь на таможне. Тем более что у него вчера весь багажник загрузили “гостинцами”, клятвенно заверив, что это все провозить можно. Но на душе было гадко, а уж на Серого и вовсе смотреть без слез невозможно. Он хорохорился, помогал с вещами и провиантом, с утра чуть ли не вылизал машину до блеска, старательно избавляя салон от скопившихся килограммов ракушечника. Весь такой деловой и собранный. Весь такой маленький и съежившийся, не отходящий от Игоря ни на шаг и ластящийся, как бездомный котенок, лезущий под руку и норовящий уткнуться лицом в тело Игоря. Навязчиво, неуклюже, по принципу - хоть куда-нибудь, лишь бы надышаться на прощание. Игорь понимал его чувства, гладил, обнимал, чмокал в этот самый нос и периодически повторял, как заезженная пластинка: “Ну чего ты, Нёнечка, ну чего? Мой хороший…”Серый сердито сопел и тащил в хату целоваться.Утренняя хмурость к моменту отъезда полилась с неба теплым ливнем.Серый, неловко топчущийся под козырьком крыльца, буркнул: - Теть Вера всегда говорит, что выезжать в дождь - хорошая примета. Игорь не знал, как начать прощаться. Да и что говорить в этой ситуации было непонятно. Банальное “до свидания” было более чем неуместно, и он обрадованно ухватился за возможность отсрочки прощания, услышав: - Игорь, довези до города, я на рынок схожу. Давно собирался.И они наконец-то поехали. У Игоря было ощущение, что они не расстаются, нет, просто едут по делам. Как обычно.Сердце обливалось кровью, руки крепко сжимали руль. Оба молчали. Серый, стараясь не мешать управлению машиной, уткнулся Игорю в плечо. А тот ехал и думал: “Как же так, как я смогу остаться без Серого, как можно оставить его тут, так далеко уехав от него”. Крышак от этих мыслей поехал, и в какой-то момент Игоря накрыло - никуда он Серого не отпустит, не оставит. Серый только его, он без него не сможет. И сжав губы и руки на руле, полный решимости Игорь катил по дороге, не останавливаясь.”Он мой! Он должен быть со мной!”Серый, подняв голову, увидел, что они уже проехали не только Геническ, но и Фрунзе. В шоке посмотрел на Игоря. Игорь мчал дальше. Молча. И до Серого стало доходить, что происходит. Ему не было страшно, он даже заулыбался и, погладив Игоря по руке, сказал: - У меня документов с собой все равно нет, не выпустят, Игорь. Не думай ничего лишнего, я буду тебя ждать следующим летом. Мне никто кроме тебя не нужен, Игорек. Я люблю тебя.И Игоря отпустило. В ближайшем населенном пункте он высадил Серого. Тот отказался от того, чтобы Игорь сам отвёз его обратно. Денег на такси уже не хватило бы, и Игорь посадил его в автобус, оплатив проезд до Счастливцево. Глаза будто пересохли и были посыпаны колючим песком. Игорь проводил взглядом уезжающий автобус и уселся в джип. Взяв себя в руки, отругал за нытье - нужно многое успеть сделать, если хочет Серого забрать, нужно сделать так, чтобы было куда забрать, было на что обеспечить ему жизнь, учебу и сделать это быстрее. Пока он еще нужен парню. Серый молод, мало ли как долго будет ждать. Подобные обещания слишком непрочны.А еще в Москве Васильев и Тик. С ними тоже вопрос не улажен.