Науа-Ацтек. Книга вторая

— Слишком много власти покорённым народам, — перебил и его верховный правитель. — Люди не готовы к твоей демократии, Освальтль.

— Государь не должен даже рассматривать такие вещи, — вторил ему Макиавелли.

Флорентинец считал, что самый лучший для Метцтитлана государь — это монарх, единолично принимающий ключевые решения. И пусть он соглашался с Освальдом, что республика — это самый адекватный способ устройства государства, но всё же считал, что Хуицилихуитл IV прав — ещё слишком рано.

Освальд не имел никакого влияния в этом вопросе, поэтому мог только наблюдать за тем, как верховный правитель концентрирует в своих руках ещё больше власти и превращается в заурядного императора на европейский манер. (4)

Поделать с этим ничего нельзя, как и с историческим процессом, который, несмотря на усилия Освальда, не хочет внедрять в Мезоамерике демократию…

— Да, кстати, Освальтль, — вдруг вспомнил что-то Хуицилихуитл IV. — Недавно в лесах на западе поймали принцессу Эрендиру.

— Хорошая новость, — кивнул Освальд.

— Как думаешь, стоит ли мне на ней жениться? — поинтересовался верховный правитель. — У тебя, как я посмотрю, уже, фактически, три жены, а у меня всего две. Государь не должен ни в чём уступать своим подданным.

Супруг у Хуицилихуитла IV, действительно, было две. Нет, в определённый момент их было три, но затем одна умерла во время родов. Первая супруга дала ему четверых детей, трёх девочек и одного мальчика, после чего её здоровье было подорвано и она больше не могла понести. Её зовут Неуцтикой, родом из Метцтитлана, возрастом уже ближе к тридцати пяти, но Освальд с ней не общался, так как это плохой тон — иметь какие-то, даже дружеские, отношения с женой верховного правителя. Вторая его жена — Зиткэла, родом, откуда-то, с севера. Лет ей, примерно, двадцать, взял её Хуицилихуитл IV пару лет назад у каравана работорговцев. Есть такие деятели, имеющие обыкновение уходить в долгие походы далеко на север, чтобы найти полезные ресурсы и, если подвернётся случай, захватить немного рабов. Зиткэла родила верховному правителю одного ребёнка, мальчика. В итоге, целых два наследника на случай, если с Хуицилихуитлом что-то случится. Но это мало, даже по европейским меркам.

— Она может быть опасна, — вздохнул Освальд. — Может попытаться отомстить.

— С этим мы, как-нибудь, разберёмся, — усмехнулся Хуицилихуитл IV. — Свадьбу приурочим к моей коронации.

— Ваша воля, — пожал плечами Освальд.

— Власть имеет свои преимущества, — хмыкнул правитель. — Никотль, тебе тоже не помешает завести себе несколько новых жён.

— Моя религия не позволяет… — начал отнекиваться Макиавелли.

— На этой земле нет власти твоего бога, — покачал головой Хуицилихуитл IV. — Ты можешь прокормить хоть сотню жён, потому что мы платим тебе очень щедро. Что мешает завести хотя бы несколько?

Макиавелли промолчал.

— Что ж, — правитель задумчиво посмотрел в окно. — Я сам решу эту проблему за тебя.

//Метцтитланский Союз, г. Метцтитлан, ресторан «Красная игуана», 7 декабря 1524 года //