Высокое Искусство

Помимо прочего на столе лежал увесистый журнал расходов, могучая стопка бумажных листов, заключенных в коричневый переплет. Елена представляла жизнь аристократа как череду развлечений и, соответственно, разбрасывания золотых направо и налево. Так оно и было - внешне. А за фасадом легкомысленных трат скрывался скрупулезный учет.

Флесса самолично вела бухгалтерию по всем расходам. Жалование слуг низшего уровня вплоть до мальчика - помощника пекаря, содержание слуг «тела» и «комнаты», телохранители, курьеры, почтовые сообщения. Пожертвования церкви, раздача милостыни, закупки малые, средние и крупные. Ботинки и туфли, ткань, одежда - многочисленные дары друзьям семьи в столице, детям друзей семьи, а также полезным людям вроде стряпчих. Пергамент, выделанная кожа, иглы и прочие снасти, которые покупались для мастеров, которые в свою очередь выполняли для молодой аристократки особые заказы. Расходы домашнего портного на отрезание ворса поношенной одежды. Сундуки из дубленой кожи. Тростник для выстилания полов комнат для слуг и прочих «неблагородных» помещений. Посуда медная, оловянная и «господская». Свечи, лампы, светильное масло, волшебные лампы. Вино купленное, вино, полученное в дар, пиво, сваренное женщиной-пивоваром непосредственно в доме герцогини. Все было учтено до последней монетки.

На сей раз близ привычного красного фолианта покоилась другая книга, похожего формата, но в переплете из кожи черного цвета, да еще с хитроумным замочком без видимой скважины. Но Елена лишь скользнула взглядом по новому предмету. Как обычно женщина засмотрелась на доспех, что стоял по левую руку от стола герцогини на полированном станке из драгоценной северной березы. Собственно доспехом это назвать можно было с большой натяжкой, конструкция больше ассоциировалась с чем-то крепостным, напоминала башню. Несколько цилиндров из черной бронзы на ременных петлях и заклепках с рублеными шляпками образовывали кирасу, длинную юбку ниже колен, а также горжет до уровня глаз. Все это венчалось шлемом, похожим на суповую миску, обшитую кабаньими клыками так часто, что металла почти не было видно под желтой, растрескавшейся от времени костью. Флесса упоминала, что это реликвия семьи, латы древних времен, сделанные до возникновения Старой Империи. Ходить в бронзовых ведрах было почти невозможно, ездить верхом невозможно в принципе. Елена предполагала, что, скорее всего, перед ней доспех колесничего, самоходная боевая башенка, видимо для лучника. Но в любом случае выглядело невероятно впечатляюще.