Три подруги и таинственный жених [СИ]

Ян и Гриша ответили красноречивым молчанием. И оба уставились на меня, вошедшую следом за Максом.

— О! — заметил он их повышенное внимание к моей персоне. — За мою невесту можете не переживать. Я о ней позабочусь.

— Ты бы о себе сначала позаботился, — рявкнула я. — И вообще, что ты забыл в моем доме?

— Дорогая, — обратился он ко мне через плечо. — Ты могла бы не вмешиваться? Тем более, все что принадлежит тебе принадлежит и мне.

— Только после того, как мы вступим в брак, — процедила я, мечтая воткнуть в эту спину, затянутую черной шелковой рубашкой топор, а еще лучше — большое такое, острое копье.

— Не переживай, ждать уже недолго осталось, — пропел Макс с таким выражением лица, которое я еще никогда не видела. И кажется, это был его подлинный облик. — Кстати!

Макс лихо развернулся и прикоснулся к наручникам, все еще сковывающим мои руки. Металл тут же нагрелся до едва терпимой температуры, зашипел как живой, пошел пузырями и осыпался к моим ногам серым пеплом.

— Зачем? — прошептала я, пораженная не только его действиями, но и тем, как легко он справился с зачарованным серебром.

— Только я имею право сковывать тебя, — с нажимом и очень серьезно произнес Макс. — Только я и никто другой.

— Ди, — вдруг очень четко проговорила Фируса, встав на колени рядом с Нисой.

Наши взгляды встретились. Не знаю, что она увидела в моих глазах, но я в её прочла решимость.

И надежду.

— Беги! — рявкнула подруга и тут же случилось сразу несколько событий одновременно.

Подхватившись с пола, Руся сдернула с лица обездвиженной банши скотч. В свою очередь Ниса, переборов силу действия наручников, одним сильным рывком разорвала цепочку, соединявшую кольца. А дальше, на долю секунды замерев и бессмысленно уставившись куда-то в пространство, Ниса закричала.

Такого страшно, искреннего, будто раздающегося из самых потаенных уголков её души, и яростного крика я не слышала никогда в своей жизни и, если честно, не хотела бы когда-нибудь услышать вновь. Потому что из-за него не просто стыла кровь в жилах. Из-за него начинала вопить от ужаса буквально каждая клеточка тела.

Я успела лишь заткнуть пальцами уши, упасть на пол и кубарем выкатиться в прихожую, прежде, чем голова взорвалась адской болью, а перед глазами запрыгали ослепительные точки. В какой-то момент мне показалось, что я погружаюсь в глубокий колодец, где нет ничего, кроме белого шума. И, наверное, я так бы и осталась в этом колодце, достигнув дна, если бы сильная рука, вцепившаяся в моё предплечье, не вытряхнула меня из этого состояния.

— Ты как? — низким голосом, который был так не похож на её обычный, прохрипела Ниса.

— Как утром первого января, — сообщила я, хватаясь за протянутую мне ладонь и неловко выбираясь из груды вещей, в которой я каким-то образом оказалась. Подняв голову, я поняла, что падая, сорвала с вешалки верхнюю одежду, которую не успела убрать с зимы. — Вроде живая, но есть сомнения.