Список моих грехов

Данрод замолк на несколько секунд в установившейся тревожной тишине. Капитаны взирали на своего рида в полном молчании, ожидая продолжения и явно потрясенные услышанным.

– И я тоже свято исполнял клятву, данную тогда родителям, искренне полюбив Эдею и привязавшись ко многим ее обитателям. Не мстил, не роптал на недвусмысленный приказ ториди, который распорядился исключить мое имя из претендентов на таине. Так что, к слову, особых родственных чувств Амирей не проявлял, — хмыкнул Дан. И я заметила, как многие помрачнели — для эдейца, понимание того, что он никогда не сможет продолжить свой род, сродни приговору. — Ториди по-своему опекал свалившегося на голову племянника, используя как хорошего офицера и следя за успехами. В общем, меня не то чтобы все устраивало, но я вполне вписался в новую жизнь, и прекрасно понимал, что к прошлому не вернуться. Некий конформизм, не спорю, — усмехнулся мой мужчина, — Но я никогда не претендовал на роль идеала. И держал слово, не употребляя во вред силу, которой неплохо овладел к своим десяти годам под руководством истинных носителей Дара. Внешне я стал таким же новым эдейцем, притом одним из лучших, не убивая и не принуждая! Потому что мама бы этого не хотела. Она, даже зная, что не сможет спастись, была верна своим принципам. — Дан вскинул глаза, холодно оглядев притихших капитанов, — Так что, господа офицеры, сможет ли хоть один из вас упрекнуть меня в том, что я завоевал свое место за счет доставшегося Дара, или протекции?

Ответом были отводящиеся взгляды, и даже опускающиеся головы. Сказать было нечего, но страх все равно присутствовал — это ведь вдалбливалось с детства. Словно ты внезапно узнал, что рядом с тобой долгие годы находился человек, страдающий заразным недугом. И сколько бы тебя не уверяли, что он не опасен и все меры приняты, так что тебе ничего не грозило и не грозит, умом-то ты понимаешь, а инстинкты требуют бежать и держаться подальше.