Золотой фонд детектива. Том 7
- Автор: Выджиньский Анджей
- Год: 1992
- Язык: русский
- Год: Днепркнига
- Переводчик: Ариадна Григорьевна Громова
- Жанр: Другие детективы
Электронная книга - «Золотой фонд детектива. Том 7». Краткое содержание книги:
Наконец-то и Гордону будет объявлен шах. Более опасный, чем тот, который объявил он, разгадав трюк с Бухтой Акул и несколько других маневров. После такого шаха ставится мат в два хода. Или в один ход, может быть даже именно в один ход, — и фигура летит с шахматной доски. Уже сегодня Гордон попадет в ловушку, избежать ее он не может…
Тапурукуара на черном «паккарде» поехал в «Гавану» и остановил машину в ближайшем переулке.
Я свернул в боковую улицу, на которой стоял мой «форд» и, когда заводил мотор, услыхал шум другой машины: из соседнего переулка выезжал черный «паккард». Тронувшись с места, я так повернул зеркальце, чтобы видеть все, что делается позади, из зеркальца не исчезало отражение «паккарда».
Меня «расшифровали», — подумал я, — в конце концов так и должно было случиться. Теперь они знают мою машину, в каком-нибудь управлении проверят, где зарегистрирован «форд», и следы приведут их в «Космос». Нужно, пожалуй, в первом попавшемся месте бросить мою машину, пешком или на автобусе добраться до посольства и больше оттуда не выходить. Впрочем, нет, так не годится. Лучше машину где-нибудь бросить, а в гостинице заявить, что ее украли. Это оттянет момент разоблачения. Они могут решить, что человек, который был у Хуаны и затем у Моники, пытаясь замести следы, украл мой автомобиль и, выполнив свою задачу, бросил его.
В таком случае за счет вымышленного Гордона удастся сделать еще один ход, правда, весьма рискованный, однако гарантирующий мне свободу действий по крайней мере до утра. Отлично, — подумал я, — так и сделаем. Игра стала требовать все большей точности и хладнокровия.
Я поглядел в зеркальце. «Паккард» все еще держался в почтительном отдалении от «форда», и расстояние, а также большие очки на глазах моего преследователя мешали рассмотреть его лицо. Кроме водителя, в машине никого не было. Пожалуй, мой план можно привести в исполнение. Я ехал не спеша и ни разу не оглянулся, пусть думает, что я его не видел, пусть радуется!
Неожиданно свернув в жалкий, полуразрушенный район, я остановил машину в нескольких метрах от угла улицы, вскочил в ближайшую подворотню и спрятался за приоткрытой дверью.
Тут же я услышал шум мотора «паккарда» и резкий визг тормозов. Хлопнула дверца, раздались торопливые шаги. Как я и рассчитывал, шпик решил выяснить, почему я здесь остановился и к кому зашел.
Его рука легонько толкнула дверь, за которой я стоял. Мне пришлось буквально вжаться в угол между Дверным косяком и обветшалой стеной.
Я увидел кисть руки, заслонявшую часть узкого черепа, и два костлявых пальца, взявшихся за ободок летных очков, чтобы их снять.
Целясь чуть пониже его руки, я нанес удар рукояткой кольта по черепу. Человек покачнулся и вдоль двери сполз на землю. Я сорвал с него очки: у моих ног лежал судья Тапурукуара. Ощупывая отвороты его куртки в поисках значка тайной полиции, я наткнулся на головку булавки величиной с маленькую жемчужину и дернул за нее, но скрытая зацепка, прикрепленная к острию булавки и повернутая зубцом кверху, мешала ее вытащить. Пришлось вырвать булавку вместе с несколькими нитками. Торопливо ее осмотрев, я вспомнил, что точно такая же фальшивая жемчужина торчала в галстуке белобрысого Рони, того самого типа, который вертелся когда-то возле особняка Флинна и предлагал мне помыть машину. Я тогда дал ему доллар. Потом я еще раз встретил его около своего дома…
Воткнув булавку под отворот пиджака, я вышел на улицу, вытащил из замка зажигания «форда» ключ и сел в черный «паккард». На подушке переднего сиденья лежал автоматический пистолет Томпсона. На заднем сиденьи я увидел «уоки-токи» — военный переносный приемник-передатчик.
Тапурукуара прислушивался, выжидая, пока уедет «форд». Услышав звук мотора «паккарда», а не «форда», он забеспокоился. Стрелять вслед? Револьвера у него с собой не было, а скорострельный автоматический пистолет остался в машине.
Удар Гордона — он продолжал называть этого неуловимого агента Гордоном — был силен, но череп Тапурукуары выдерживал и не такие удары. Он потрогал рану на голове и почувствовал кровь. Тогда, приложив к голове платок, он вынул из кармана плоскую черную лакированную коробочку и открыл ее: коробка была наполнена темной мазью с сильным запахом трав. Указательным пальцем он тщательно смазал рану. Лекарству было не меньше ста лет; Тапурукуара в наследство от отца получил полный глиняный горшок мази, и она никогда еще его не подводила. Он лечил этой мазью огнестрельные и ножевые раны, нарывы и звериные укусы; на теле его было около двадцати превосходно заживших рубцов.