За все, чем мы дорожим

Полностью с ним согласен. Я снова обратился к Эйнару:

– Скажем так, есть ли кто-то, кто, узнав об этой истории, сможет под присягой подтвердить, что ты – это ты, а не двойник, что тебя не подучили и не обкололи чем-нибудь, и при этом не станет орать об этом на всю планету, а аккуратно уведомит твоего отца, и он бы этому кому-то поверил?

– Эрр Ангстрём, главный дворцовый медик, – быстро ответил Эйнар. – Он отвечает за здоровье всей нашей семьи. И уж он-то точно сможет определить, что я – это я, а не кто-то другой.

– Значит, надо выйти с ним на связь. Желательно так, чтобы ни его, ни нас не ставить при этом под удар.

– Никто не знает, что творится во дворце, – хмуро проговорил Враноффски. – И если эти трое уродов были из СБ, то что-то мне говорит о том, что если мы сунемся во дворец, то Эйнара точно будут удерживать в заложниках, а нам крышка.

Повисло мрачное молчание, которое нарушил Эйнар:

– Эрр Ари, эрр Асахиро… а вы знаете, что такое «политика экс-пан-си-о-низ-ма»? Папа говорил – «пока я жив, никакого экспансионизма не будет!».

Нашел время просвещаться. Впрочем, что бы и не ответить?

– Если в двух словах – это желание завоевывать окрестные территории, чтобы доказать, что ты круче всех.

– Эээ, ребят… – Ари почесал в затылке, – тут окрестных территорий – это мы и две наши планеты – источники ресурсов, да еще Стеллариум-5, который сам по себе независимая республика. И чего-то я давно не слышал, чтобы в этом секторе что-нибудь новое открывали. От нас есть стабильный туннель с выходом на пять планет, включая Аквамарину, шестая Терра, но шла бы она в задницу. От Стеллариума туннель с выходом на еще три звездные системы. От Нордики автономных туннелей нет, все или через нас, или через Стеллариум. Но Нордика – наш добрый сосед и союзник! Какой к хренам экспансионизм?!

Ухмылка Дарти стала еще кривее, если это вообще возможно:

– Уж не по этому ли поводу и «контрафакция»?

– Да ты ж… чтоб… твою… – Враноффски наконец овладел собой и спросил почти спокойно: – Эйнар, с кем конкретно и по какому поводу у твоего папы конфронтация?

– Дарти, твое патологическое везение заразно, – вздохнул я. – То оказывается, что я пришиб терранского агента, то мы вляпались в государственный переворот!

– Вы убили терранского агента? – Эйнар начисто проигнорировал Ари и с сияющими глазами развернулся ко мне. – Вот это да! Я тоже хочу уметь так драться!

– Я был не в курсе, кто он такой, – я невольно улыбнулся. – Для меня Жан Дестикур был просто неприятным субъектом, который дважды пытался убить меня. Кстати, вот терране как раз экспансией и занимались.

Эйнар весь сморщился, как будто съел лимон:

– Это что, кто-то из папиных министров хочет быть как терране? Фууууу!!!

– Это не просто «фу», это я даже не знаю, как и назвать, чтобы цензурно, – проговорил Враноффски. – Хотя то, что у нас происходит, я тоже не знаю, как назвать. Асахиро серьезно ранен…