Наследство
- Автор: Блинов Андрей Дмитриевич
- Год: 1988
- Язык: русский
- Год: Воениздат
- ISBN: 5-203-00072-7
- Жанр: Военная проза
Электронная книга - «Наследство». Краткое содержание книги:
Кончилась война. Бывший военный врач Надежда Сурнина уезжает в сельскую больницу. Капитан Дмитрий Кедров, которому Сурнина делала операцию в госпитале, становится после армии ученым, отдающим силы и знания охране природы. Нелегко складывается жизнь этих людей, полюбивших друг друга.
Автор — участник Великой Отечественной войны; прослеживая биографии своих героев, он опирается на свой личный опыт.
— Надя, — сказал он, когда разговор о его ноге и ее делах в больнице, кажется, подходил к концу. — Я устроился в Теплых Двориках. Да, да! Не делайте больших глаз. У меня уже есть работа, есть жилье…
— Знаю… — сказала она, вдруг сразу замыкаясь. — Вы вольны в своем выборе. Хотя это меня смутило.
— И показалось назойливым?
— Может быть… Но я вас поняла, Дмитрий. Твердость ваша мне, признаюсь, приятна. — Она встала, отошла к окну, вернулась, остановилась. — Думаю, много думаю… — услышал он ее голос позади себя. Он был глубокий, но, черт возьми, почему так рассудочно то, что она говорит? — Вы как-то вошли в мою жизнь, это я только что поняла, и в жизнь брата. Он любит вас, и меня тоже, верит, что его любовь может соединить меня и вас. То, что он хочет, он хочет искренне, желая нам добра. Но ведь мало его любви?
— А моя не в счет?
Она молчала. Дмитрий повернулся и увидел: Надя следила за Любушкой и низкорослым больным с «хирургическим» носом. Любушка то и дело поглядывала в их сторону. Надя вздохнула.
— Эта милая девушка, Дмитрий, явно влюблена в вас, — заговорила Надя. — Я ей завидую. И Манефе завидую. У меня к ней даже ревность. А вот к вам у меня чувство, как к человеку, перед которым я виновата. А в чем? В том, что не вылечила? Но я готова, готова все сделать… Я ваш вечный доктор.
Он не сказал, а простонал:
— А я жду жену, вас жду. Жена моя! Никогда, никому не говорил таких слов. Сейчас — как перед расставанием, как перед смертью.
Надя, не ожидавшая от него таких взволнованных слов, считавшая, что робкий капитан и не способен на них, стояла растерянная. «Почему, почему я отношусь к нему только как к больному? — думала она, молча глядя на него. — И почему мне нехорошо, когда сестра так ревностно следит за нами? Почему я ушла из комнаты Манефы и устроилась у Зои Петровны? Обиделась на обман? И откуда у меня вина перед ним? Не полюбила его… Но разве я в этом виновата?» Она подошла, села рядом, положила руку на его плечо. Теплое его тело под халатом заставило ее вздрогнуть и смутиться.
На станции перед отходом вечернего местного поезда Андрей не встретил никого, кроме своих — Умрихина и Воронова. Ребята были с вещевыми мешками за спиной, в которых позвякивали инструменты, и с удочками. В пути Андрей прошел все вагоны, но никого из деповских рыбаков — а он их всех знал в лицо — не углядел.
За ночь они втроем натаскали ведро окуньков. Вроде бы отошли от травмы, нанесенной им коноплинской аварией, вздремнули в стоге сена. С утренним поездом ждали подкрепления, но никто не прибыл. И они, сдав улов Манефе, принялись за дело. В засыпке на стене нашли они покрытую толстым слоем мучной пыли схему установки. Умрихин, добротно знающий электротехнику, оказался незаменимым руководителем работ. Помольцы-колхозники подсобили установить генератор на готовую площадку, поднести к ямам, выкопанным Вороновым, столбы. К вечеру в пыльном полумраке мельницы загорелись две лампочки. На счастье, их привез с собой Умрихин для проверки кабеля, или, как он лихо, по-монтерски, говорил, прозваниваиия.
— Вот и дедов, — сказал под конец Андрей, укладывая инструменты и с внимательностью поглядывая на Манефу, которая к тому времени принесла остатки зажаренной рыбы и пол-литра водки. (Уха была съедена в обед.) Манефа чуть ли не весь день провела с ними: то подносила кабель, то подавала инструменты, а то стояла на высокой кромке берега и смотрела, как они работают. Вечером она была необычайно задумчивой. Ужинать вместе отказалась: «Лекарства надо больным дать, накормить, а то скоро наши из колхоза вернутся. У меня все должно быть в ажуре…»
Неловкую скованность чувствовал и Андрей. А когда девушка ушла, он то и дело поглядывал, не покажется ли она вновь. «Вот так незадача!» — думал он растерянно.
О Наде Андрей в этот день думал мало, лишь спросил однажды Манефу, рано ли приедет из деревни сестра. «Со всеми вместе, — ответила та неохотно. — В больницу утром не завернула, сошла раньше, на разъезде. Бобришинские поля там рядышком».
Андрей еще раз приезжал в Теплые Дворики, теперь уж с ватагой рыбаков. Поставили столбы, натянули провода. Через две недели вечером на поляне впервые загорелись электрические фонари.