Психолог для дракона

«Неужели на моих руках оставался тот яд, которым засыпали террариумы Пеле и Криста? Я же касалась их стенок и люков, дотрагивалась до погибших животных, чтобы убедиться в их смерти, прежде чем отправлять в лабораторию. Этот яд не смылся водой и я случайно отравила свою Вирочку, поглаживая ее и кормя с руки?!»

Повесив питомицу на шею, Лера помчалась к своему верному другу. Эриаса на месте не оказалось, но Асир обследовал змею и успокоил, сказав, что признаков отравляющих веществ нет.

— Она заболела, такое бывает, — сообщил молодой колдун. — Я волью ей микстуру, а вы следите за ее состоянием — если к утру начнет наступать паралич, то немедленно возвращайтесь, я начну серию уколов на магической основе.

— А как я узнаю, что начинается паралич? Я не разбираюсь в анатомии змей и признаках их заболеваний!

Асир подробно растолковал, что и как может происходить с Вирой. Лера старательно запоминала, кивая головой.

— Откуда вы столько знаете про змей? — заинтересовалась она.

— Я мечтаю вернуться работать в свою деревню, а там не нужен колдун, не разбирающийся в болезнях животных. Змей у нас разводят специально: их яд — очень полезное сырье в фармакологии и колдовстве. Словом, не переживайте, вылечу я вашу любимицу.

Укладываясь спать, Лера без каких-либо планов борьбы с фобией уложила Виру рядом с собой — надо же было отслеживать ее состояние, а это проще сделать, когда подконтрольный элемент лежит рядом: достаточно руку протянуть и прощупать тело на предмет опасных симптомов. К великому облегчению Леры, таковые к утру не обнаружились, наоборот: Вира стала активней и переползла ближе к хозяйке в поиске согревающего тепла. Проводя ладонью по кольцам свернувшейся у ее бока змеи, Лера признала, что фобия навсегда канула в лету. Волнение за жизнь питомицы пересилило иррациональный страх.

— Осталось убедиться, что и дракон теперь на меня ментально воздействовать не сможет, — сказала себе Лера.

Спровоцировать дракона на нападение оказалось делом непростым: утренние консультации, на которых она могла бы задать вопросы или совершить поступки, подстегивающие диктаторские рефлексы, были на месяц отменены, а полеты, лыжи, катание на быстроходной яхте доставляли Гленвиару только положительные эмоции. Уровень магии в стране зашкаливал, сельское хозяйство и промышленность развивались ударными темпами, больницы, школы, спортивные комплексы работали бесперебойно, защитный полог страны был силен, как никогда ранее. Благодаря этим кардинальным переменам дракон был настолько всем доволен и благодушен, что разбудить в нем прежнюю агрессивную раздражительность было трудно, да Лере и не хотелось портить клиенту настроение ради одной-единственной проверки.

«Подождет, — говорила она себе, — ничего срочного: он и так быстро найдет повод „выпустить пар“ в моем рабочем кабинете и подпалить новый ковер. Все идет в плановом режиме: девочки привыкают к своим питомицам, клиент привыкает к девочкам, а я привыкаю к безусловным рефлексам клиента. Для ускорения всех привыканий не хватает какого-нибудь приключенческо-романтического события, типа спасения героем своих невест от жуткой смерти или чего-то подобного. Может, самой организовать? В критических ситуациях люди ведут себя иначе: их эмоциональность и жажда жизни резко возрастают, острые совместные переживания мигом сплачивают, быстро зарождая доверие и симпатию друг к другу. Недаром во многих фильмах и книгах сюжет основан на том, что герои вместе переживают много приключений, в процессе которых влюбляются друг в друга, — эти выдумки сценаристов базируются на реальных особенностях человеческой психики. Решено: если Гленвиар сам не увлечется одной из невест, придется организовать ему экстремальное шоу, Селиан и Эриас мне в помощь. Да, клиент не любит, когда им манипулируют, но крылья-то он хочет обрести? Вот и поможем…»