Планета Земного Типа [СИ]

Антон показал майору его каюту на «Архимеде» и предложил отдохнуть, но Илларионов отказался. Не устал, мол, хочется на воздух, тем более что место для проживания коллеги выбрали замечательное. Только вот моря не хватает, искупаться бы по такой жаре. Предложил бы озеро Виктория, тут неподалеку, ответил Антон, но лучше не рисковать, крокодилы-с, инфекции всякие. На «Архимеде» есть прекрасный бассейн с морской водой, чуть позже планируем такой же организовать в оазисе, рядом будет песчаный пляж. Но это будет чуть позже. Восхитительно, сказал Илларионов, пойду осмотрюсь.

Прогуливаясь по оазису, он нос к носу столкнулся со Стратегом. Никто не предупредил, поэтому оба оказались в замешательстве.

— Э-э, — сказал майор первым. — Мы с вами знакомы?

Сходство между ними было поразительное, только Стратег был постарше.

— Ну, если вы с Миральды, то это могло бы и случиться, — ответил Стратег, одетый, кстати, не более изыскано, чем Илларионов. — А так — не припомню.

С Миральды? — переспросил майор. — У вас хорошее произношение. Да, да, — сказал Стратег. — Госпожа Гуда — хороший учитель. Во время полета на «Хаосе» весь экипаж обучила русскому языку. Был у меня младший брат, к сожалению безвременно погибший, так вот вы — вылитый он. Как вас звать, любезный? Зовите Федором, — сказал Илларионов. А меня — Бивером, — сказал Стратег. Как терьера, подумал Илларионов и пожал Стратегу руку.

О своем благополучном прибытии в оазис майор не сообщил, на телефонные звонки не отзывался. Подождав пару деньков, Федоськин запросил у фирмы «Сканэкс» спутниковые снимки высокого разрешения по координатам объекта Х (оазиса). Поскольку особа он теперь была привилегированная, ответ пришел через час. На снимке имел место огороженный дощатым забором, покрытый травой и частично кустарником участок земли, а на нем огромное бесформенное сооружение, в котором Федоськин угадал замаскированный «Архимед». Были здесь также фигурки людей и роботов, окруживших какой-то возводимый объект и просто слоняющихся туда-сюда, украшенная зеленью беседка и еще много разной мелочи. То есть, жизнь здесь кипела, а майор, сукин сын, почему-то молчал. А может, не почему-то, а намеренно. Федоськин долго плевался и изрыгал проклятия. Золотая рыбка уплывала из рук. Ни на кого положиться было нельзя, так как делиться с кем-то Федоськин не собирался, оставалось ехать в Уганду самому. Правда, единственному своему другу, полковнику спецорганов Кукушкину, он на всякий собачий случай намекнул, что собирается посетить Уганду, координаты такие-то, но об этом никому ни слова. Командировку он оформил в Эфиопию, где в джунглях обнаружились русскоговорящие зеленые человечки. Сидели, понимаешь, на деревьях и болтали на чистом русском.

Он летел из Благовещенска в Москву, а уже оттуда в Уганду. Вследствие ужасного характера новоиспеченного генерала дорога заняла около четырех суток. К нему придирались особенно безжалостно, ему хамили напропалую, его засадили в кутузку, потом, правда, быстро выпустили, негр в Уганде съездил его по физиономии, основательно нарушив симметрию. Самое противное, что некому было сунуть в нос удостоверение чекиста, которое он специально оставил дома. Потерять в загранкомандировке удостоверение — последнее дело.