Стратегия обмана. Трилогия (СИ)

   - Что такое? - спросил он, - пять минут назад мы занимались любовью, а сейчас ты говоришь о расставании. Я тебя не понимаю.

   - Всё правильно. Я не понимаю тебя, ты не понимаешь меня. Ты не хочешь со мной ни завтракать, ни ужинать. Я не хочу бывать с тобой на людях. Наши отношения бесперспективны и были таковыми с самого начала. Зачем мы тогда их продолжаем?

   - Я - потому что люблю тебя.

   - Брось...

   - Не могу. Не в моих правилах расставаться с любимой и желанной женщиной, даже если она об этом просит.

   - А если я изменю тебе? - Карла испытующе посмотрела на него. - Найду кого-нибудь помоложе тебя, например, студента экономического факультета.

   - И что ты с ним будешь делать? - усмехнулся Ицхак. - Извини, но роль матери великовозрастного мальчика тебе не особо подходит.

   И всё же Карла запустила в него подушкой. Ицхак отбил атаку и пошел в наступление. И Карла была не прочь ему покориться, как и всегда.

   А на следующее утро случилось то, чего Сарваш так долго ждал - почти с первого дня, как поступил к Синдоне на службу - на миланской бирже произошёл обвал, акции резко подешевели, курс лиры упал.

   На рабочем столе дона Микеле не было видно ничего кроме заполонивших его белых бумажных журавлей.

   - Только что принесли распечатки с корсчета, - пробурчал Синдона, - У банка сорок миллионов убытка.

   - И почему я не удивлен? - без тени сожаления заметил Сарваш. - Ах да, наверное, потому, что месяц назад я вас предупреждал...

   - Хотя бы сейчас не надо давить на больное! - взбеленился Синдона и чуть не смял недоделанного журавлика, - я тебе плачу не за ёрничество, а за конкретные решения. Говори, что мне делать. Если так и дальше пойдет, в следующем месяце банк не сможет выплатить дивиденды акционерам. Нужно что-то экстренное и действенное.

   - Дон Микеле, я ведь вам не раз говорил, те приемы бизнеса, что хороши в Италии, в Соединенных Штатах могут караться тюремным сроком.

   - Вот только не надо меня сейчас пугать. Сколько лет я помогал семье Гамбино с легализацией их доходов, и ты прекрасно об этом знал. И никто другой мне и слова против не сказал, ни ФБР, ни прокурор Нью-Йорка. А теперь Гамбино отзывают свои капиталы из банка назад.

   - Вот и прекрасно.

   - Что прекрасного? Ты знаешь мою позицию. Я отношусь к мафии как к ещё одному экономическому предприятию. Мафия располагает немалыми деньгами, которые желает вкладывать в выгодный бизнес. Другой вопрос, как легализовать криминальный капитал. Этим занимаюсь я, и уже много лет. Мои доверители имеют право на охрану личных интересов и знают это. А если кто-то станет тянуть руки для проверки их счетов, то я объявлю это посягательством на свободу предпринимательства и ущемлением демократии.

   - Какой нетривиальный взгляд на демократию, - съехидничал Сарваш.

   - Да, - не понял его подколки Синдона, - потому что мафия это только малая часть того, что я могу...