Друзья или семья (ЛП)

— Это ещё одна вещь.

— Люк отрезал бревно? — спросила я, зная, что Габриэль просил его. Я выключила телефон, увидев удивительный взгляд Виктора.

— Не только это, — сказал Виктор. Он опустился на колени, ухватился пальцами за дверную ручку и открыл ее. — Ползи внутрь.

Я всматривалась в темноту чердака, но далеко ничего не видела. Я повернула телефон, чтобы использовать его как свет, но его рука сомкнулась вокруг моей, останавливая меня.

— Доверься мне, — сказал он. — Просто пройди несколько футов внутрь. — Огонь вспыхнул в его глазах.

По моим губам скользнула улыбка. Они могли бы придраться к Габриэлю из-за его стиля презентации, но у Виктора тоже было чутье на это.

Я пролезла в открытую дверь. Не пройдя и фута внутрь, как я ожидала, почувствовав шероховатость сырого дерева, я была удивлена мягкостью. Мои пальцы растопырились, разглаживая волокна мягкого ковра.

Следующей частью, которую я заметила, был воздух. Это был не теплый и плотный воздух, а такой же прохладный, как и все остальное в доме. Было еще темно, и я поползла вперед, предвкушая другие сюрпризы.

Примерно на полпути к платформе я остановилась, присела на корточки и оглянулась на Виктора.

Он завис в дверном проеме, словно тень на фоне света, просачивающегося из спальни. Он вполз внутрь, закрыл за собой дверь и погрузил нас в полную темноту.

— Виктор, — прошептала я ему.

— Доверься мне, — сказал он.

Я ждала.

Щелчок.

Пространство вокруг нас осветилось. Сбоку была установлена дорожка освещения.

Канделябры были сделаны в форме роз.

Свет следовал за ним до самого конца. Плюшевый ковер подо мной был темно-синим, почти черным. Стены были покрыты темным материалом. Я провела пальцами по стене, чувствуя мягкую обивку.

— Это звукоизоляция, — сказал Виктор, подползая ко мне. Он остановился в двух футах и указал на боковую стену. — Здесь тоже.

Я снова опустилась на колени и подползла к нему по ковру. У стены стоял миниатюрный платяной шкаф размером с большой дорожный сундук. Он был выкрашен в такой же темно-синий цвет, как и ковер.

Виктор открыл переднюю дверь, показывая крошечную коллекцию одежды, которую он купил для меня вчера. Юбки, шорты и блузки были развешаны по правой стороне. Несколько пар нижнего белья и пара бюстгальтеров были аккуратно сложены на полке слева.

— Мне очень жаль, что так получилось с цветами, — сказал он. — Нам пришлось держать его в темноте. Выключатель света скрыт, но если бы они когда-нибудь заглянули внутрь самостоятельно, то розовый или светлый цвет они, вероятно, увидели бы и…

Моя рука метнулась вперед, и мои пальцы упали на его губы. Его глаза расширились, но ему не нужно было продолжать говорить, что он сожалеет. Ему никогда не приходилось извиняться. У них были свои причины, и я их понимала.

Как будто мне нужен был розовый ковер.

— Это потрясающе, — сказала я.

Его губы изогнулись в улыбке, когда он коснулся моих пальцев. — Это еще не все — пробормотал он. Он подтолкнул меня к платформе.