Драконий камень

— А это ты, тот рядовой, что неожиданно превратился в страшного лейтенанта, — пристально глянул на него прапорщик.

— Могу я посмотреть ваши документы? — сурово нахмурится майор.

Кирилл нехотя вытянул удостоверение офицера КГБ. Майор быстро глянул в документы, взгляд стал ещё более враждебным:

— Чем же мы заинтересовали столь влиятельные структуры?

Не мешкая, Кирилл достал водку и, испытывая неловкость, поставил на стол.

— Правильный подход, — взгляд майора Таранова смягчился.

Прапорщик мигом наполнил стаканы из своей бутылки. Кирилл обречённо вздохнул и положил на чёрный хлеб кусок белоснежного сала. Чокнулись, выпили. Пищевод вспыхнул огнём, чертыхаясь в душе, Кирилл понял, в его стакане был чистый спирт.

— Хлебом занюхай, — дал профессиональный совет майор Таранов. — Ещё по одной.

Прапорщик незамедлительно наполнил стаканы. Выпили. Кирилл почувствовал, как его глаза неумолимо сошлись на конус. Неожиданно майор обнял его:

— Наш человек! Теперь говори!

— За своими пацанами пришёл.

— Кто такие? — нахмурился майор Таранов.

— Герман Ли и Филатов Михаил.

— Это те, что пруд вычёрпывали? Там же ключи бьют! — с насмешкой произнёс он.

— Они.

— Забавные хлопцы, — неожиданно у майора смягчился взгляд. — Сколько мы их не прессовали, а всё напрасно. Волки, а не ребята.

— Настоящие орденоносцы, — с уважением подтвердил прапорщик.

— А зачем вы это, их прессовали? — заикаясь от возмущения, спросил Кирилл. Что-то его начало тихонько развозить. Он потянулся за водой, но ему услужливо плеснули спирт.

— Так, чтоб жизнь мёдом не казалась! А вообще это определённый опыт, закаляет. Сильному человеку только на пользу, а слабый становится ещё слабее, — назидательно изрёк майор Таранов и неожиданно взревел:

— Павленко… мать твою!!!

Поспешно вбежал плотный сержант с бледным от ожидания лицом и лихо отдал честь.

— Ли и Мишу сюда!

— Есть! — и сержант словно испарился.

Буквально через десяток секунд он вытолкнул на середину кабинета друзей Кирилла. Но как они изменились, их лица были чёрными, губы плотно сжаты, а глаза горели мрачным огнём.

— Миша, Ли! — Кирилл обнял их под добродушные смешки прапорщика и майора.

— Тащи их за стол, — покровительственно громыхнул майор Таранов.

— Кирилл, что за шутки? — шепнул Ли.

Миша с невозмутимо сел рядом с начальником гауптвахты, в его глазах было ноль почтения.

— Эх, жеребец! — хлопнул по его широкой спине майор. — Не держи обиды на старого вояку! Это же почти родительская любовь! — он собственноручно положил в тарелки котлеты и жареную с луком картошку, затем плюхнул в стаканы грамм по сто спирта и произнёс тост:

— Выпьем, братья славяне, — Ли едва заметно усмехнулся, — за нашу Родину, за наш народ! Смерть империалистам! Эх, ребята, ребята, вот смотрю на вас, а сердце кровью обливается. Нормально ведь, живём. Страна сильная, с тысячелетней историей, а рухнет всё в одночасье. Польётся кровь пацанов. Шакалы будут рвать страну на куски, развалится советская империя и полыхнёт Кавказ. Бандиты будут пускать под откос поезда, взрывать жилые дома, Украина сцепится с Россией и с усердием начнёт уничтожать свой народ на востоке страны, Крым воссоединится с Россией, а вся Европа ополчится против нас и, будете смеяться, в США президентом станет самый настоящий негр и это будет концом Америки.