Сказка без чудес

Лампочка на панели домофона с отключенным звуковым сигналом вовсю семафорила красным. Дымокуров нажал на кнопочку — раздалась отчётливо слышная в ночной тишине трель сработавшего электрозамка, а красный огонёк индикатора сменился зелёным.

На первом этаже подъезда послышались неторопливые, приближавшиеся неотвратимо шаги, будто статуя Командора, ступая тяжело и размеренно, поднималась.

Впрочем, при ближайшем рассмотрении это оказались Василиса Митрофановна и Яков, хотя и таких гостей отставному чиновнику с лихвой хватало.

А вот главный сюрприз ждал впереди. Вернее, позади процессии. Там, вертя тревожно крупной башкой, с трудом шагая по ступенькам, тащился следом за Яковом огромный медведь.

Первым порывом Глеба Сергеевича было захлопнуть немедленно дверь, запереться изнутри на оба замка, а ещё на щеколду и навесную цепочку, и держать осаду, несмотря на умение Якова проникать сквозь любые запоры, до приезда полиции. Однако с бабой Ягодой, коварно десантировавшейся при помощи ступы в его надёжный ещё недавно тыл, что делать? Не взашей же старушку, доводившуюся ему родной тёткой, опять на балкон выталкивать?

А потому так и не решившийся ни на что Дымокуров, досадуя на свою интеллигентскую бесхребетность и мягкотелость, застыл в приоткрытых дверях столбом, и даже растянул в яростной гримасе сведённые судорогой губы, изображая что-то вроде улыбки.

— Уф-ф… — удовлетворённо выдохнула Василиса Митрофановна, ступив на порог. — Добрались, наконец. Давай-ка, Глебушка, с тобой расцелуемся! — Заключив заторможенного племянника в крепкие не по-женски объятия, она троекратно чмокнула его в одеревеневшие щёки. — Ну, со свиданьицем!

Глеб Сергеевич, как не был раздосадован бесцеремонным визитом, не мог не отметить, что тётушка одолела четыре этажа легко, без одышки, лишь раскраснелась слегка. И вообще, в брючном костюме песочного цвета, той же расцветки панаме, в кроссовках, она больше напоминала путешественницу, бесстрашно преодолевающую пустыни и сельвы с целью научных познаний, нежели старушку преклонных годов. И на клюку свою неизменную с серебряным набалдашником вовсе не опиралась, а несла, как самурайский меч, где-то подмышкой. За спиной её был прилажен рюкзачок вполне современного, молодёжного вида.

Яков для поездки в город подбором соответствующего костюма явно пренебрёг. Он вырядился всё в тот же, летний, в зелёно-коричневых пятнах, камуфляж, разве что малоношеный, да сапоги-бродни поменял на добротные, крепко сшитые, на толстенной резиновой подошве, солдатские берцы. На голову он нахлобучил панаму маскировочной расцветки, из-под которой торчали буйные, чёрные, без признаков седины, волосы, явно нуждающиеся в услугах парикмахера.