Жизнь

– Успокойся! Он жив! – прокричал мужчина знакомым голосом.

Он схватил меня за волосы, оттягивая голову назад.

Очень медленно, но беспощадно, в мой разум проникала черная правда. Я замерла, и, словно подтверждая ее, перевела взгляд на человека, который тянул меня за волосы.

– Сезар… – выдохнула я, видя перед собой лицо лучшего друга Себастьяна.

Он резко отпустил меня и отошел в сторону.

Пазл тайны складывался в моем разуме, срывая занавес неизвестности, пока я наблюдала, как лучший в мире лжец, садился напротив в кресло и закуривал тонкую сигарету.

Это не он был в маске, стреляя в Хоакина на балу. Я очень хорошо запомнила голос человека с демоническими «контактными» линзами, которые меняли цвет в зависимости от того, на что смотрит их обладатель. И это не он проклинал меня с компьютера Рамона Солера.

Это все актеры. Его актеры. А режиссер, медленно выдыхая дым из ноздрей, закинул ногу на ногу и обратил ледяной, колючий взгляд в мою сторону. До меня стал доходить едкий смрад сигаретного дыма, вместе со жгучей ненавистью родного брата.

– Мне говорили, что мать хотела назвать меня Кристианом, – сказал Сезар голосом, способным заморозить Средиземное море.

Вот и настал час, которого все так долго ждали.

Я судорожно выдавливала воздух из легких, пытаясь собраться. Но глаза так и норовили снова посмотреть в сторону истерзанного Себастьяна. Руки так и тянулись к нему, в попытке избавить от оков, излечить раны…

Мой любимый нежный Эскалант, нам нужно пережить этот слишком реальный кошмар. Мы справимся. Я знаю. Я верю!

– А я вот не знаю, как осталась с тем же именем, – просевшим голосом сказала я. – Ни одни из родителей не успели мне рассказать.

На губах я чувствовала кровь, но все равно продолжала исступленно их кусать.

– Я расскажу тебе, сестра.

Я вздрогнула. До чего же странно и ужасно слышать такое обращение от этого человека! Но я вновь посмотрела на опущенную голову Себастьяна. Хорошо, что он без сознания. По-крайней мере, так отдыхает от боли.

– Не нужно, – мотнула головой и перевела взгляд на мучителя, в чьих венах пульсирует кровь нашего отца. – Не рассказывай ничего. И не отпускай меня. Бей, истязай и убивай меня, Сезар! Только освободи его. Умоляю тебя!

Я даже не заметила, как слезы покатились по щекам. Пришлось моргнуть несколько раз, чтобы снова видеть жестокое лицо… брата.

Сезар продолжал курить, не сводя с меня глаз. Он словно снял маску. Я смотрела на него и не узнавала, того человека, который вместе с нами спасал бельчонка и ел фаст-фуд. Как же его покалечила судьба! Намного больше чем меня.

Он дал молчаливый знак одному из стоящих рядом с ним парню и тот пошел к Себастьяну. Заламывая руки, я привстала, глядя, как тот снял наручники с окровавленных запястий. Мой любимый безжизненно рухнул на пол.