Дервиш

— Лучше уйди! — Закричал он. — Вали отсюда, придурок!

Здоровяк яростно ударил дубинкой по копью, но его удар провалился в пустоту — Глеб быстро опустил лезвие вниз, пропуская удар дубинки, и, поднимая копьё, стремительно послал его вперёд! «Удар Сунь-Укуна». Царь обезьян бил шестом, молниеносно выбрасывая его вперёд колющим ударом. Рука скользила по древку, хватая самый его конец, и, стремительно вытягивалась вперёд, направляя мощный удар. Лезвие насквозь пронзило нападавшего. Глеб быстро дёрнул копьё назад. Удивление на лице синей рубахи сменилось гримасой боли.

— Сам напросился! — Тихо произнёс Глеб.

Силы неожиданно покинули его, он устало опёрся на копьё и закрыл глаза. Снова лицо Дервиша возникла перед ним:

— Здесь нет твоей вины! Ты должен защищать жизнь! Время слов прошло, теперь время поступков!

Увидев, что их предводитель повержен, двое оставшихся тават бросились бежать, но быстрый, как чёрная молния, Тала, догнал одного из них, второго остановил поднявший духовую трубку Каити. Все двенадцать нападавших теперь лежали среди камней. Разведчики бросились к Рутхе. Тот тяжело дышал, держась за рану. Одежда и камни вокруг были засыпаны жёлтым порошком и залиты кровью. Глеб, уже взявший себя в свои руки, подошёл и взглянул на раненого.